Онлайн книга «Не убегай»
|
После этих слов он просто разворачивается и уходит обратно к двери, даже не оглянувшись. Я медленно поднимаюсь на ноги, чувствуя, как дрожат колени. Дурацкие, унизительные слезы все еще стоят в глазах, но я упрямо вытираю их тыльной стороной ладони. Плакать сейчас — слишком большая роскошь… Роскошь. Привилегия, если хотите… Я выхожу к дороге и поднимаю руку, останавливая первую попавшуюся машину, и такси тормозит почти сразу. Я сразу опускаюсь на заднее сиденье. Водитель бросает на меня быстрый взгляд через зеркало, но ничего не спрашивает. Наверное, по моему лицу и так все понятно, да? Что ж, в модельное агентство меня сегодня не пустят. Я достаю из сумочки салфетку и аккуратно прижимаю ее к губе. — Куда едем? — спокойно спрашивает водитель. Я несколько секунд молчу, глядя в окно на огни ночного города. — На Лесную, — тихо говорю я, называя адрес отцовского дома. — Там лежит мой паспорт. Паспорт Франции… Водитель кивает, хотя ясное дело, что ему все равно до моего паспорта, даже французского. А мне катастрофически нужно успеть забрать паспорт. А потом исчезнуть отсюда, пока этот город окончательно не раздавил меня, к чертовой матери. Глава 56 Прислонившись лбом к холодному окну такси, я нервно тереблю помятую ткань свадебного платья. Удивительно, но мой телефон молчит, а за мной даже никто не гонится. Впрочем, Мурад не из тех, кто будет бежать вдогонку и умолять вернуться, это я уже уяснила. Тем более, что он остался один на один с комом проблем, от которых я предпочла сбежать. Так что респект ему и уважение, что ли… Нет, правда. Ибо я это все давно не вывожу, а он, получается, молодец. Опустив взгляд, я вижу, что подол моего платья испачкан темными пятнами от мокрого асфальта. Я машинально разглаживаю ладонью юбку, но это бесполезно, ибо платье все равно выглядит так же, как и моя жизнь сейчас — красивое издалека и полностью разрушенное вблизи. Кровь на губе уже почти остановилась, но неприятная пульсация все равно напоминает о пощечине отца. «Дрянь». А потом, как назло, в голове всплывает другой кадр. «Что, так и не терпится рассказать друзьям, как ты трахнул француженку?». Я закрываю глаза и тихо выдыхаю. Ну, тут даже оправдываться бесполезно — мой вопрос звучит настолько очевидно, будто мы с Матвеем уже не только трахались… Господи… Хочется просто стереть этот день из памяти! Телефон в моей руке вдруг начинает вибрировать, и я машинально смотрю на него. Мама. Я даже не сразу понимаю, что вижу перед собой это слово. Несколько секунд просто смотрю на экран и столько же раз моргаю. Мама не звонила мне уже… я даже не знаю сколько. Она не приехала на свадьбу и даже не отвечала на звонки, а тут… — Алло… — Адель… — мама произносит мое имя так, будто ей не хватает воздуха. — Аде-е-ель… Я мгновенно напрягаюсь — ее речь настолько несвязная, что мне кажется, что она плачет. — Мам? — я выпрямляюсь на сиденье. — Что случилось? — Доченька… — продолжает она, захлебываясь. — Может… может ты прилетишь ко мне? Я хмурюсь. — В каком смысле? — Прилетай ко мне, — ее голос вдруг ломается. — Мне очень плохо… Адель, мне так плохо… В этот момент внутри меня что-то неприятно холодеет. — Мама, — быстро говорю я. — Можешь объяснить по-человечески? Я ничего не понимаю. |