Книга Искать убийцу, страница 262 – Фаниль Галеев

Присев, Гараев, склонился над лежащей женщиной.

— Мария Яковлевна, как вы? – спросил он.

— Кажется, жива. Только обожгло вот здесь, – ответила она, убирая с предплечья руку. На ее руке и халате виднелись пятна крови.

Ситникова села. Взгляд ее упал на лежавшего сына, на его неподвижное, покрытое мертвенной бледностью лицо, на расстегнутую фуфайку, на рубашку под ней с расползавшимся пятном крови у самого сердца, и она, закричав, метнулась к сыну, уткнулась лицом в его грудь и затряслась вся в безудержном рыдании.

Ничего не говоря, сыщики отошли в сторону. Они ждали недолго. В сенях послышался беспорядочный топот, дверь открылась, и двое оперативников ввели в избу человека в штормовке. Сыщики сразу узнали его. Это был отставной доктор, еще недавно развлекавший их в своей квартире пением трогательных романсов.

Вслед за ним в избу вошел третий оперативник. Он тяжело дышал. Лицо его было испачкано кровью.

— Это лейтенант Сулейманов, – доложил майору старший опергруппы. – Задержал этого типа, когда он бежал к реке. Сначала они с Ситниковым избили его, отобрали пистолет и связали. Но Сулейманову удалось распутать веревки…

— Пистолет нашли? – спросил строго майор.

— Да. В нем как раз не хватает двух патронов, – ответил опер.

— Здесь находится убитый. Надо вызвать следователя прокуратуры.

— Да, мы уже сообщили в прокуратуру по рации. Обещали вскоре приехать.

— Хорошо. Посадите этого мерзавца вот сюда! – майор указал на место, где сидела во время их беседы Ситникова.

Усадив задержанного, оперативники встали за его спиной. Сыщики сели напротив.

— Вот мы опять встретились, Яков Аронович, – тихо и беззлобно обратился к задержанному частный детектив. – Забыли, забыли вы известное изречение Шолома Алейхема: «Талант – это такая штука. Если он есть – значит он есть. Если его нет – значит его нет». Столько дров наломали. И попались-то глупо, как кур в ощип. Благодаря вам, Яков Аронович, вот этот труп, лежащий на полу, уже четвертый по счету. И сколько их еще могло быть! Что же вы можете сказать хотя бы в свое оправдание?

— Кто оправдывается, тот наполовину уже виноват, – обронил угрюмо Рейниш.

— Так вы и виноватым себя ни в чем не считаете? Ну, это зря. В вашем-то положении. Вас ведь взяли, что называется, с поличным.

Посмотрев на Ситникову, Гараев увидел, что она уже успокоилась и сидит возле тела сына, с ненавистью взирая на Рейниша.

— Мария Яковлевна, – привлек к себе ее внимание частный детектив, – вы знаете этого человека?

— Знаю, еще как знаю, – произнесла каким-то сдавленным грудным голосом Ситникова, не отрывая своего взгляда от задержанного. – Я ведь в первый раз обманула вас, сказав, что Саша не назвал мне человека, которому я должна была отдать деньги. Он мне все тогда рассказал, кто этот человек, как его величают и кем он работает. Просто не хотела выдавать его. Думала, для сына старался. А он, оказывается, вон какой. И сына моего убил и меня хотел убить, чтобы шкуру свою уберечь. Знаю я его. Рейниш Яков Аронович. Это с его помощью Саша получил ложное заключение о болезни и сумел выйти на волю. После смерти Генриха приходил к нам, подписал заключение о смерти моего сына, хотя и знал, что сын жив и вместо него собираются похоронить другого человека. Он даже присутствовал на похоронах. Еще когда Саша находился в заключении, я по его просьбе передала Рейнишу триста тысяч рублей. Он сам приезжал за ними ко мне домой. Его у нас и Ольга… Леонтьева Ольга Сергеевна видела…