Книга Отель «Реббека», страница 99 – Рада Артемьева

Гозлан обошел стороной несколько человек, затем свернул по направлению к Николя. Вместо приветствий он глубоко вздохнул и понимающе посмотрел на директора.

— Я так понимаю, – начал он и облизал сухие губы, – что мсье Меркьюри имел честь посетить вас снова.

Интонация его была совсем не вопросительной.

Николя еле заметно кивнул.

— Внезапно появились жалобы на здоровье, – сказал он. – Сотрудников мучает онемение рук, ног, потеря равновесия. Но это только у некоторых. Остальные пока ничего не поняли. В общем, все поехали в больницу, чтобы провериться.

Гозлан бросил беглый взгляд на Эллен. Оба многомысленно помолчали, затем посмотрели на входные двери: сотрудники семенили вслед за врачами тихой поступью.

— Итак, – сказал Гозлан и почесал затылок, – кто-нибудь может мне объяснить, как такое произошло?

Он снова посмотрел на Эллен. То же самое сделал Николя.

— Мсье Гозлан, я не имею понятия, – ответила она, едва не рыдая. – Как он это сделал, просто не представляю. Как?

Повисло молчание. Гозлан обдумывал что-то свое, наблюдая за перемещениями людей.

— Когда, вы говорите, ваши сотрудники почувствовали себя плохо?

— Возможно, это было еще несколько дней назад, но они молчали! Сегодня сделалось хуже. Их начало буквально «складывать» одного за другим. Так даже и не поймешь, когда все случилось. Как только до меня дошла информация об отравлении, я сразу вызвала скорую. Кто-то начал жаловаться вчера вечером, кто-то сегодня… Говорят, кому-то было плохо еще на той неделе.

— Возможно, теперь это потянется несколько дней, – сказал Николя, – раз они отравились, то симптомы проявятся у каждого по-разному.

— Сколько их?

— Десять человек, – ответила Эллен. – Пока десять, кому точно плохо. Остальные – под сомнением. Сейчас уже не разберешь, кто просто паникует, а кто отравился на самом деле.

— И все повара, – уточнил Николя с выразительной интонацией.

— Повара? – Гозлан удивленно приподнял бровь.

— Помощники поваров, точнее. Один повар-заготовщик, шеф-кондитер, несколько помощников кондитера. Все рабочие с кухни, в общем.

Гозлан задумался. Кухня. Это что-то новенькое.

— Что с постояльцами?

— С ними все в порядке, мы постарались их тактично спровадить с помощью трансфера. Почти все разъехались, за малым исключением. Они, кажется, ничего не знают. Стало плохо только тем, кто имел дело с продуктами – то есть поварской цех. Остальные чувствуют себя вполне хорошо.

На лице следователя отобразилась вся усталость мира, он поджал губы так, как делал всегда, когда был раздосадован. Предполагать, что Меркьюри нанесет новый удар, уже приходилось. Но допустить мысль о том, что тот войдет в «Реббеку» словно нож сквозь размягченное масло? Нет. Такого никто не ждал.

Опять отравления. Да еще и кухня. Какие продукты теперь отравлены и кто из людей успел их отведать?

— Нужно звонить санитарным инспекторам, – объявил Гозлан, – и судебного медика тоже вызвать. Мне будут нужны итоги проверки. Узнать, где был очаг и каким образом это могло произойти в вашем отеле.

Эллен с Николя растерянно переглянулись. Если бы они могли знать, как Меркьюри устроил здесь диверсию. Как он смог проникнуть в отель и обвести вокруг пальца не только владельца «Реббеки», но и местную полицию?

Эллен уже давно начало казаться, что Меркьюри и вправду водится с темными силами. Он, словно невидимая субстанция, проникает сквозь щели и микроотверстия любых помещений, заползает в самые недоступные уголки сознания людей, беспокоит и запугивает. Может, он действительно связан с мистикой? Так бывает или нет? Рациональное объяснение ей давалось с трудом.