Онлайн книга «Месть Танатоса»
|
— Джилл?! — Оберштурмбаннфюрер искренне удивился. — Что ты здесь делаешь? — Извини, — проговорила она тихо, в ее глазах блеснули слезы, — я случайно зашла. С разрешения бригадефюрера меня вызвали помочь здесь в работе. Девушка явно выглядела расстроенной, лицо ее побледнело и осунулось. Скорцени сразу почувствовал неладное. — Что с тобой, девочка? Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил он. — Как мама? Джилл не ответила ему. Низко склонив голову, она смотрела в пол, но плечи ее вздрогнули от готовых прорваться рыданий. — Мама в Берлине? — он осторожно приподнял ее лицо, напряженно ожидая ответа. — Почему ты молчишь? — Нет, — девушка отрицательно покачала головой и отвернулась. — А где она? На фронте? — он снова повернул ее к себе. — Когда она вернется? Джилл всхлипнула. — Она не вернется, Отто. Ее убили, — дрогнувшим голосом проговорила она. — Я осталась одна, совсем одна, — и, заплакав, прижала руки к лицу. Сердце Скор цени оборвалось. — Когда это случилось? — глухо спросил он. — Не знаю, — замотала головой Джилл, — я ничего не знаю, Отто. Никто мне ничего не говорит. Она уехала на фронт. И не вернулась. Это все, что я знаю. — Куда, в какое место? — сам не зная зачем, продолжал допытываться он. — В Кенигсберг, — тихо говорила Джилл. — Там началось наступление русских. Штаб разгромили… Она поехала одна? — он никак не мог смириться с тем, что узнал. — Нет, не одна. С Фелькерзамом, — Джилл подняла голову и взглянула на него, шмыгнув носом. — Фелькерзам вернулся? — так вот почему фюрер сочувственно смотрел на него во время беседы, вот откуда его грусть и непонятные намеки — все уже знают. Он видел, что ее убили? Он привез… — ему страшно было даже подумать, не то что произнести это жуткое слово… — Нет, Ральф не вернулся тоже, — покачала головой Джилл. — Они пропали оба. — Что предпринимает Шелленберг? — Не знаю. Разве он мне скажет! — воскликнула Джилл с отчаянием. — Они пропали без вести… — Стоп, — Скорцени крепко взял ее за руку. — Пропали без вести — не значит погибли. Поехали сейчас со мной в Берлин. Надо все выяснить. — Но я не могу… — растерянно возразила Джилл. — Меня не отпустят… — Ладно, — решил он. — Оставайся здесь. Я позвоню тебе. — Отто… — Не отчаивайся, — он ласково обнял ее. — Я сделаю все, чтобы найти твою маму. Я поговорю с Шелленбергом — сегодня же ты вернешься на Беркаерштрассе. Нечего тебе тут делать в такой ситуации. Приехав в Берлин, Скорцени не застал бригадефюрера на месте. Тогда на правах одного из его заместителей он сам позвонил главе канцелярии фюрера и договорился, чтобы Джилл Колер разрешили немедленно вернуться в Шестое управление. Подозвав к телефону Джилл, предупредил ее, что пошлет за ней Рауха — ему не хотелось, чтобы девушка долго оставалась одна среди чужих и равнодушных людей: она совсем пала духом. Раух привезет ее, а здесь, в Берлине, Ирма возьмет ее под опеку. Потом он позвонил Науйоксу. Они встретились в кафе на улице Гогенцоллерн. — Я восхищаюсь твоими подвигами, — приветствовал его по обычаю Алик. — Ты-то что восхищаешься? — недоуменно спросил Скорцени, — ты то же самое делал, когда мы работали вместе. Вспомни Гляйвиц и Венло… — Теперь я делаю доллары и фунты стерлингов, — продолжил в тон ему Науйокс, усаживаясь за столик. — И знаешь, — добавил он язвительно, — неплохо получается… |