Онлайн книга «Псевдоним «Эльза»»
|
— Я получил указание из Берлина оказывать всяческое содействие, – подтвердил Росслинг. – Обращайтесь при первой необходимости. И очень прошу вас, фрау Ким, будьте осторожны. У меня нет оснований сомневаться в лояльности самого маршала Маннергейма и большинства людей из его окружения, все они испытывают вполне определенные чувства к большевикам, отнюдь не положительного свойства. Но в Хельсинки немало и законспирированных красных бандитов. Они ушли на дно после окончания Гражданской войны. Но сейчас, если Сталин нападет, в них снова возникнет необходимость, и это подполье поднимет голову. Не исключены диверсии, провокации. Это пятая колонна, оставленная большевиками ещё в 20-х годах, все эти сторонники финской коммунистической партии, члены Интернационала, очень скользкая и опасная публика. Мы будем, конечно, отслеживать их действия, – пообещал Росслинг. – Но настоятельно прошу, все передвижения согласуйте со мной. Никакой самодеятельности. Старайтесь иметь как можно меньше контактов. Если возникнет необходимость куда-то поехать, я выделю охрану, только наши люди, это надежно. Финнов, настроенных патриотично, – большинство, но кто знает, и в самых элитных их частях могут оказаться скрытые интернационалисты. Так сказать, по убеждениям. Нельзя терять бдительность. — Я согласна, – коротко ответила Маренн. – Обязательно буду информировать. Обо всём, – пообещала она. * * * Екатерина Белозёрская сидела в кафе на улице Алексантеринкату. За стеклом, покрытым мелкими капельками тающего снега, она видела остановку трамвая на Эспоо. Туда по плану, предварительно составленному в Москве, должен был приехать резидент советской разведки в Хельсинки Борис Рябцев. Но время шло, а Рябцев не появлялся. Екатерина Алексеевна уже пила третью чашку кофе. Она понимала – что-то пошло не так. Что? Безусловно, поезд, на котором Белозёрская должна была прибыть в столицу Финляндии, из-за погодных условий остановился, не доехав до Коуволы, и она оказалась в Хельсинки на четыре часа позже, чем планировалось. Сообщить об этом Рябцеву у неё не было возможности. Но на этот счёт тому заранее были даны четкие указания. В случае, если встреча не состоится вовремя, он должен был появляться на остановке каждый нечётный час, таким образом, даже из-за её опоздания они не могли разминуться. Поезд прибыл в 11.45, через тридцать пять минут Екатерина Алексеевна уже находилась в кафе, но Ярцев не появился на остановке в 13.00, и вот уже 15.10 – его нет. Подозрительным было и то, что фактически за ней не было слежки. План, задуманный в Москве, основывался на предположении, что в окружении советского резидента в Хельсинки завелся «крот», как выражалась сама Екатерина Алексеевна, «с нордическим характером», то есть работающий на немцев. Это фактически блокировало деятельность резидентуры, так как вся информация считывалась противником, и положение необходимо было исправлять срочно. Нельзя было допустить, чтобы при возвращении Ярцева в Москву, он привез «крота» в багаже, его надо было стряхнуть здесь. Но времени оставалось крайне мало. На эвакуацию сотрудников посольства в связи с грядущим началом боевых действий оставалось не более суток. Задумка состояла в том, что, получив информацию о прибытии крупного советского агента, «крот» выдаст себя сам. Он поторопится информировать своих хозяев, и на этом попадется – за всеми сотрудниками на этот краткий период был установлен негласный, строжайший контроль. Выявив «крота», Ярцев должен был принять все меры к его нейтрализации и сообщить об этом, появившись сам или прислав связника, свою жену Зою. Иначе как Эльза узнает, что её миссия выполнена и она может отправляться обратно. Выход также был подготовлен через посольство Швеции, где специально подготовленные люди должны были обеспечить дипломатическое прикрытие. Вернется она через Стокгольм, на границе в Финляндией к этому времени уже вовсю будут идти боевые действия. |