Онлайн книга «Марионетка»
|
Захмелевший Матвеев во все глаза глядел на сцену и не мог понять, что это такое: танец или стриптиз. Почти обнаженные девицы одного роста, с одинаковыми прическами и цветом волос высоко задирали ноги, громко визжали и то и дело показывали публике голые задницы». — Ну и что? – спросил Самсон. Захлопнув журнал, Романов положил его на стол. — Помните, в рассказе говорится о том, что Марфина приехала к нам в город откуда-то с юга? — К чему это ты вспомнил? — К тому, что ее труп, ввиду полного отсутствия родственников, опознавала соседка и жена моего старого приятеля Зинаида Страхова… Сегодня я позвонил ей и еще раз попросил описать то, что она видела в тот день в квартире Марфиной. Романов замолчал. Облизал губы и, окинув глазами стол, остановил свой взгляд на бутылке «Курвуазье». — На! – Тяж налил ему полбокала коньяка. – Говори, чего она там увидела. Не томи! Благодарно улыбнувшись, Романов выпил. Вытер губы и облегченно вздохнул. — По словам Зинаиды, – сказал он, – войдя в квартиру Марфиной, она увидела труп высокой, около метра восьмидесяти, блондинки с обезображенным до неузнаваемости лицом, одетый в полупрозрачный халатик, который Оксана привезла полгода назад из Москвы. — Ну! – воскликнул Самсон. – Всё правильно. Это Марфина. — А вот и нет. Прочитайте-ка еще раз то место, где описывается внешность танцовщиц. Самсон вырвал из рук Тяжа журнал и, обдумывая каждое слово, прочитал вслух: — «Почти обнаженные девицы одного роста, с одинаковыми прическами и цветом волос высоко задирали ноги, громко визжали и…» — Теперь понимаете? – спросил Романов. – Под Зинаидино описание трупа подходит не только Оксана Марфина, но и все остальные участницы ансамбля! Самсон, немного подумав, согласно кивнул. — Ну да, – сказал он. – Твоя Зинаида – не Марфина мама. Та бы, может, и заметила подмену, а этой, чтобы опознать в обезображенном трупе соседку, достаточно было увидеть высокую стройную блондинку в халате Оксаны. — Вот именно! — А… а… – замялся Тяж, – а кого же тогда, если это не Марфина, убили? Все посмотрели на Романова, Романов – на бутылку «Курвуазье». — На, жри! – разбрызгивая по скатерти коньяк, Тяж еще раз наполнил бокал Романова. Отпив из него, Романов выдохнул: — Кислицыну. В кабинете воцарилось молчание. — Ты уверен? – спросил Самсон. — Да. Вспомните, как в рассказе построено обвинение против вас. Виктору дали понять, что сначала вы подбросили ему анашу, потом, чтобы скрыть следы преступления, стали убивать свидетелей. Что, в общем-то, логично. Следовательно, исходя из всего вышесказанного, становится понятным, что и Кислицына, и Марфина, и Головин, якобы давший Сергею Захаровичу коробок анаши, должны были обязательно исчезнуть… Насчет Головина мы уже говорили. Его искусственно внесли в список свидетелей, потому что Мусе надо было скрыть истинные причины его убийства… Что же касается Марфиной, то Муса ее просто-напросто спрятал, а чтобы не искали, инсценировал убийство. И поскольку Кислицына, согласно сюжету, должна была исчезнуть вместе со всеми, то именно ее выбрали в качестве двойника Оксаны Марфиной. Тем более что по всем антропометрическим параметрам она, как никто другой, подходила для этой роли. В кабинете снова воцарилось молчание. — Значит, – опустив глаза, тихо произнес Самсон, – ты считаешь, что Наденьку убили, изуродовали лицо, раздели догола и, одев в чужой халат, бросили в квартиру Марфиной. Так? – обращаясь к Мусе, спросил он. |