Онлайн книга «Тайна голубого стакана»
|
— Счастливые мы с тобой люди, Степан Петрович, – не удержался директор рудника, – мы являемся свидетелями и до некоторой степени участниками величайшего открытия, чрезвычайно важного для народного хозяйства! Поэтому мы должны беречь Галину Васильевну, хранить ее, как зеницу ока! — Совершенно правильно! – подхватил Гущин, – И поэтому мы должны немедленно отправить Галину Васильевну… спать! Взгляните, Тимофей Трифонович, ведь у нее же глаза слипаются от усталости. А мы с вами задержимся еще немного, я должен рассказать вам дополнительно кое-что из того, что слышал сегодня в городе… Старший лейтенант ушел от директора рудника часа через два. Подметавшая коридор старушка Веселкова поздоровалась и сказала: — Ох, и жара нынче стоит! Ночь глухая, а духота, как днем. Небось, пить хочется? Как раз свежую воду привезли, холодная! Открывайте скорее ваш кабинет, я вам графинчик налью. Александра Ивановна принесла воды, оправила занавеску на окне и нерешительно присела на диван напротив Гущина. — Хочу посоветоваться с вами, Степан Петрович. Как нам Галину Васильевну уберечь? Ведь она и так извелась от работы, а тут ее еще голубым стаканом пугают! — Тревога уместная, Александра Ивановна, но меры предосторожности нами уже приняты. — Уж вы постарайтесь, голубчик Степан Петрович! – горячо воскликнула старушка. – Я шестой десяток доживаю, понимаю, что к чему! Читала мне Галинушка, как ее грозят убить, если не бросит опытов и не уедет с рудника. А может она это сделать? Нет, не может, и я ее понимаю: должна она свое дело до конца довести. Да только боюсь я за нее, мало ли что эти изверги могут натворить? — А вам до этих пор не приходилось слышать про этот голубой стакан? — То-то и оно, что привелось. Давно еще, до революции. — Как же это было? — Жила я в прислугах у геолога Дорогина, Василия Степановича, – степенно сказала тетя Шура, – у того, который нашему руднику начало положил. До чего же хороший был человек! Вот его тоже пугали голубым стаканом, и чуть было не отравили! — Вот оно что, – сказал Гущин, рассматривая Веселкову так, словно впервые видел ее, – об этом мы с вами еще потолкуем. И долго вы прожили у Дорогина? — Да, почитай, до самой революции! — И что же случилось с ним? — Этого я не знаю, – грустно вздохнула старушка, – я как замуж вышла, вскорости с мужем и уехала. Когда муж у меня помер, стала разыскивать семью Василия Степановича, да уж не нашла. — Скажите, тетя Шура, а у вас случайно не сохранилось фотографий Дорогина, документов каких-нибудь или записок? Они, может, нам кое-чем помогли бы. — Посмотреть надо, поискать, Степан Петрович. Фотографии есть, были и бумаги какие-то. Поискать надо. — Поищите, обязательно поищите, тетя Шура. А потом возьмите все, что найдете, и отвезите в город майору Аненкову. Не забудете фамилию? Он работает на улице Гоголя, номер десять, в зеленом доме, рядом с гастрономом… — Запомню. А учреждение это я знаю… до революции этот дом принадлежал купцу Мещерякову… Мне и самой надо в городе побывать, вот по пути и зайду. А если не пустят меня туда? Скажут: зачем пришла, старая? — Не беспокойтесь, пустят. Скажите, что я послал! Гущин поднялся, налил в стакан воды, отошел к окну и медленными глотками стал пить ледяную воду. Тетя Шура собралась уже уходить, но тут взгляд ее остановился на стакане, из которого пил Гущин. Старушке показалось, что граненое стекло отливает серебристо-голубым светом, как бирюзовая даль неба в солнечный день. Она пронзительно вскрикнула и выхватила стакан из рук Гущина. |