Онлайн книга «Тайники партизанских троп»
|
Яков Харин был осведомлён, что в первые же дни войны был нанесён масштабный удар по ранее судимым по ст. 58 УК, по тем, кто проходил по учётам и давно разрабатывался агентурой. Отправляясь в Сибирь из Москвы – несомненно, желал вернуться в столицу. Но прежде необходимо отличиться, но как? Нацелить аппарат на массовые репрессии? В одиночку не справиться. Поэтому Харин прихватил с собой парочку своих прежних заместителей. Тех ещё выдающихся фальсификаторов, выдвинувшихся в годы «Большого террора». Схема «работы» предельна проста. В условиях военного времени проще простого сделать ставку на «клеветников», на их пораженческую агитацию, распространение слухов о паническом отступлении РККА и её слабости, «превознесение технической и материальной оснащённости германской армии», восхваление немцев как людей высокой культуры. Дальше больше, вплоть до контрреволюционного, шпионско-диверсионного подполья, целью которого – совершение диверсий, организация бандитских вооружённых выступлений с тем, чтобы внести панику среди населения и парализовать город. Для первых месяцев войны характерно усиление карательных мер со стороны органов госбезопасности по отношению к широким слоям общества. Суровым наказаниям подвергались лица, заподозренные в малейшей нелояльности, а также нарушители трудовой дисциплины, те, кто не сдал радиоприёмники, «создавал запасы продовольствия» и торговал на рынках. Харин понимал, что с его стороны необходима какая-то инициатива, но какая? Нужно предложить начальству нечто такое. Главное, чтобы заметили, поддержали, поставили плюсик в твоей карьере. Решение этого вопроса нашлось само по себе. Нарком Лаврентий Берия разослал по управлениям НКВД Урала и Сибири директиву № 515: «1. Произвести изъятие активного контрреволюционного элемента, обратив особое внимание на ликвидацию повстанческих групп и организаций. Обеспечить по всем делам тщательное следствие в целях выявления и ликвидации антисоветского подполья; 2. Усилить охрану тюрем, ИТЛ и колоний, приняв необходимые меры к предотвращению возможных попыток к антисоветским выступлениям или бегству со стороны заключённых; 3. Навести должный общественный порядок в городах, районах, железнодорожных узлах, станциях, обеспечить своевременную ликвидацию попыток со стороны враждебных элементов к созданию беспорядков с привлечением войск НКВД». На внеплановой «летучке» начальник областного управления капитан госбезопасности довёл до личного состава поступившую оперативную информацию о совершённом массовом побеге заключённых из исправительно-трудового лагеря. — Разрешите вопрос, товарищ капитан государственной безопасности, – поднял руку один из подчинённых. — Разрешаю, – не без недовольных ноток в голосе отозвался Харин. Ещё с прежнего места службы всегда настороженно относился он к задаваемым вопросам. Особенно если подчинённый предварительно спрашивал разрешение. На самом деле ничего страшного, конечно, в том не было, но Харин всегда боялся каверзности вопроса. Хотя какая каверзность может заключаться в вопросе подчиненного к начальнику? Вот, наоборот, как раз такое могло иметь место. — Как такое могло случится, что побег совершён в столь массовом порядке? — Массовость как раз и сыграла свою роль. Трудно понять, что ли? |