Онлайн книга «Тайники партизанских троп»
|
— В июле шестнадцатого года немцы предприняли газовую атаку. Противогазы имелись, но, надев их, солдаты перестали слышать команды. Когда немцы полезли на штурм, началась неразбериха и паника. Тогда наш полковник снял маску и начал отдавать приказания. Его примеру последовали офицеры. Паника улеглась, атаку отбили. Большинство солдат уцелело. — А что стало с офицерами? — Отравились и погибли… — И не смогли спасти? — Газ, Валюха, такое подлейшее оружие, что не приведи господь. Однажды я приковылял на полковой перевязочный пункт. Чиркнуло скользом пулей в руку. А на соседней позиции, где-то в километре-двух от нас, немец опять атаковал газом. Привезли с позиции огромное количество людей, отравленных удушливыми газами. Весь госпиталь был переполнен этими несчастными страдальцами, которые, страшно хрипя, бросались во все стороны, ища спасения. Просили пить, положить на голову холодный компресс. Им дают и то, и другое, делают уколы, но, видно, ничего не помогает. Против моей койки лежал один такой отравленный. Мечется из стороны в сторону. Сделали несколько уколов, давали пить, но он всё кричит и молит о помощи. Подошла сестра, посадила его на койке, но он не может сидеть, а она не может удержать его. Подошёл фельдшер. Стал делать укол, да толку-то? Изо рта пена. Стал корчиться. Сестра заплакала. Пришли санитары, завернули мертвого в простыню и унесли на носилках. С утра и до трёх часов дня, покуда я ждал отправления, из нашей палаты вынесли десять человек мёртвых. — Страшно, – прошептала Валентина. — Конечно, страшно… — Дядя Матвей, а женщины были на войне? — Встречались. Воевали наравне с мужиками. Помню одну. Кажется, из Ставрополья родом. Имя редкое – Римма, а фамилия частая – Иванова. Говорили, что она окончила гимназию, стала учительницей. Но с началом войны прошла курсы медсестёр и отправилась на фронт. В госпитале остаться не захотела, ушла на передовую. Говорили, что родители тревожились, уговаривали вернуться. — А она? — Отвечала родителям в письмах, что перевязочный пункт не подвергается обстрелу. Она выносила раненых под огнём. Однажды при отходе даже приняла командование группой солдат. Была награждена солдатским Георгием IV степени и двумя георгиевскими медалями. Солдаты в ней души не чаяли, считали своим главным талисманом и называли „святой Риммой“. — Что же с ней дальше было? — Этого я не знаю. — Интересно как, дядя Матвей. Ещё что-нибудь расскажи. — Всего рассказать – не пересказать. Да и хватит, поди, о той войне. Теперь вот другая заполыхала… …Что мог ещё рассказать своей племяннице старый вояка Первой мировой Матвей Глушак? О том, что нужно провести один день и одну ночь на фронте в морозную погоду, чтобы оценить, что переносят люди в окопах? А если прибавить к резкому холоду и сырому ветру усталость от постоянной бдительности, не говоря уже об истощении в бою? Кто не был здесь, тот не может представить себе все те ужасы, которые несёт с собою настоящая война. От грохота орудий и ружейной пальбы нельзя слышать друг друга. Снаряды летят непрерывно днём и ночью с визгом и воем, торжествуя свою победу над цивилизацией ХХ века. Жизнь солдата на войне – это жизнь крота или ежа. Только ночью он может сравнительно безопасно вылезать из своей норы, сходить за водой, получить порцию. Спать приходится мало: за выстрелами и грохотом сон превращается в какую-то полудремоту, когда и спишь, и слышишь всё. Нервы напрягаются до последней возможности, как от положения, так и от лишений всякого рода. Раздеваться и разуваться не приходится по месяцу и более. Вши вырастают поразительной величины, и одни они приносят человеку массу постоянных мучений. Про то, что приходится не есть, не пить, не спать и т. д., и говорить нечего – это обычное явление. Кто был на войне, участвовал в ней, тот мог понять, какое это великое зло. Люди должны стремиться к тому, чтобы уничтожить её. |