Книга Об исполнении доложить, страница 54 – Вадим Пеунов

— Шифр был нетрудный, построен на принципах русского алфавита. И кроме того, мне просто повезло, – пояснил младший лейтенант.

«Еще одна хорошая черта характера», – подумал я.

Честно говоря, передавая звуковую и цифровую запись шоховских шифровок в аналитический отдел, я как-то не особенно верил в удачу. Правда, перед войной этот отдел нам дважды неплохо помог. Но тогда в его распоряжении было десятка полтора перехваченных текстов, а дешифровкой занимались более месяца. Сейчас мы имели всего три радиограммы, причем одна без начала. «Видать, солидная у них практика, коль так навострились!»

— Вот полюбопытствуйте. – Борзов передал мне текст.

Самая длинная радиограмма гласила: «Врач определил сепсис. Вынужден лечь на операцию, принять «Комету» в указанные сроки не смогу. По возвращении из больницы выйду на связь в обычное время».

Вторая шифровка сообщала: «Вернулся. Обстановка благоприятствует. Рекомендую второй вариант».

Итак, «Комета» и «Есаул». Есть ли у этих операций нечто общее? Я считал «Комету» первоначальной стадией «Есаула». Борзов против такой версии не возражал. Наши с ним мнения разошлись насчет сроков. Я полагал, что «гостей» надо ждать этой же ночью, неспроста Сугонюк оставил в кустах тележку: заберет парашюты или другой груз десантников. Многоопытный чекист Борзов думал иначе:

— А если бы Сугонюку что-то помешало собрать хворост в этот день? Что же, вся операция кошке под хвост? Они ее готовили не один день.

Я подробно доложил Борзову о всех предусмотренных мероприятиях. Он потребовал план местности. Долго его изучал. Я давал пояснения:

— В крайней хате мы поселили вместе с эвакуированными двух наших. Под видом стариков, которым душно в хате, они временно поселились в сараюшке. На чердаке есть сено. Первый пост. Он контролирует тропу и сельскую улицу. На выходе из села, на развилке, откуда начинается путь к посадке, стоит небольшая будка – бывший санитарный кордон против ящура. Это наш второй пост. Его недостатком является то, что он не круглосуточный. С наступлением темноты сидят в будке двое влюбленных, но если Сугонюк несколько раз их заметит, может кое-что заподозрить.

Что-то Борзову во всем этом не нравилось. Уж я знал его характер. Засыпал меня вопросами:

— Кто соседи слева? Кто справа? Кто живет против Сугонюка?

— И напротив наши люди поселились сегодня днем. С чердака этой хаты можно вести наблюдение за всем, что делается во дворе Сугонюка.

— А как объяснить хозяевам постоянное бдение на чердаке? – И далее: – Каков обзор с поста № 1? Далеко видно из сарая человека, идущего в ночное время по тропе? Нет ли у Сугонюка возможности уйти в другую сторону?

Объясняю, что путь к посадке у Сугонюка один и мы его контролируем со всех трех постов. Борзова это не успокоило.

— У вашего чудесного плана есть один недостаток: он идеально логичен. А что, если Сугонюк в один из самых ответственных моментов поступит вопреки логике?

— Именно логика фактов и привела нас к Сугонюку. Будем рассчитывать и в дальнейшем на его здравый смысл.

— Вы обратите внимание, – продолжал Борзов разбирать мой план операции, – на обстановку слева. Рядом с Сугонюком живут тоже престарелые люди. Собаки у них нет. Затем начинаются службы: почта, магазин, правление колхоза, потом – дорожка к фермам, дальше – школа. Совершенно свободный выход.