Онлайн книга «Так сказала бабушка»
|
— А я тебе скажу! – пообещал Соломатин. – Про каждого. Всю подноготню выложу… С кого начать? Лейтенант Вячеслав Романов, стоявший рядом с невысоким худощавым пареньком в очках лет двадцати пяти, усмехнулся и посоветовал начать со своей жены, бабы Мани. — А что? – согласился дед. – Можно и со своей. — Токо попробуй, – сказала та. — Манька у меня баба в общем неплохая, работящая у меня Манька. Сидит целыми днями дома, рукодельничает, следит за мной, чтоб я, значит, лишку не выпил… — А не то сковородой больно бьет, – громко засмеялся Вячеслав. — Ну, это ты, паря, брось, – возразил Соломатин. – Не было еще такого. Пошумит, да, а все больше молчит – в мать свою. Та тоже, бывало, как обидится на кого, так неделями могла не разговаривать. — Все ясно. Дальше давай! – крикнул Дмитрий Егорович. – Про мою теперь! — Про Надежду? Ну что… Ничего плохого про нее сказать не могу. Баба как баба. Аккуратная, строгая. За мужика своего держится: куды он, туды, значит, и она. Слабая только, мнения своего не имеет. — Ну, это как сказать, – усмехнулся Дмитрий Егорович. — Да что про нее говорить? – крикнула баба Саня. – Ты лучше про меня скажи! — А что про тебя говорить? – пренебрежительно махнул рукой в ее сторону Соломатин. – Одно слово – баба-дура! Простая женщина, ни ума в тебе, ни хитрости. — Это все? — А Игорьку и того хватит, чтоб прочихвостить тебя в хвост и в гриву! Не дождавшись от Соломатина новых слов, баба Саня дурашливо поклонилась ему в пояс. — Ну, спасибо, кум! – сказал она. – Придешь ко мне еще за бутылкой. Я тебе припомню бабу-дуру. Все засмеялись: — Придет он, куда денется! Соломатин довольно улыбнулся. Посмотрел на односельчан, вспоминая, кого еще не упомянул, и, остановив взгляд на парнях, нахмурился. — Славка. — Вот только скажи об нем что плохое! – пригрозила баба Саня. – Щас же прибью! — А я что? Я ничто! – дед Соломатин сделал вид, что испугался. – Я нашу милицию очень даже уважаю. Она меня бережет… — От жены со сковородой! – добавил Вячеслав и, словно призывая всех последовать его примеру, громко захохотал. — Ну, бережет она нас или только наши денежки народные транжирит, это еще надобно разобраться, – строгим голосом ответил дед Соломатин. – Но от тебя, Славка, пользы людям – как от козла молока. Ей-богу! Вот что отец твой земли чурался, что ты. Ну, с отцом твоим, чучмеком, все понятно, ему на базаре стоять сподручней, чем пахать, но ты-то плоть от плоти нашенский, деревенский, чего на должность пошел? Жизни легкой захотел? А на земле кто работать будет, подумал? Баба Саня терпела-терпела, но последних слов не вытерпела. Оттолкнув стоявшую на пути Надежду Павловну, подбежала к Соломатину и, гневно тряся кулачком, спросила, чего же это тогда его родные дети все как один в город подались. — Что ж ты их-то, плоть от плоти своих, деревенских, к земле не приковал? Приказал бы: оставайтесь, мол, пашите, сейте! Чего к моему-то прицепился? — А ты думаешь, я не говорил! – в ответ заорал дед. – Еще как говорил! Вожжами вдалбливал! Да только они ж умные все теперь. Им слова доброго поперек не скажи! — Вот и молчи тогда! — А ты мне рот-то не затыкай, не затыкай! Молодая еще рот-то мне затыкать! — Да вот! Молодая я! — Да вот! Я! Поняв, что еще немного – и дед Соломатин с бабой Саней перейдут к оскорблениям, Дмитрий Егорович решительным движением рук развел их в стороны: |