Книга 813, страница 3 – Морис Леблан

Чепман исполнил приказание. Возвратившись, он застал Кессельбаха, в раздумье державшим в руках нечто вроде пустого конверта из черного сафьяна. Он колебался, как бы не зная, что с ним делать. Наконец он подошел к камину и бросил его в саквояж.

— Закончим с почтой, Чепман, у нас есть еще десять минут. А! Письмо от госпожи Кессельбах? Что же вы его раньше мне не дали? Вы не узнали ее почерк?

И, с наслаждением вдыхая легкий запах духов от конверта, он распечатал его и стал читать.

— Госпожа Кессельбах будет здесь завтра, в среду.

Миллионер казался довольным и веселым, как будто тяжесть его дела уменьшилась и исчезли все заботы. Он весело потер руки и свободно вздохнул.

— Кто-то звонит, Чепман. Пойдите посмотрите.

Чепман не успел исполнить приказание патрона, как в комнату вошел Эдуард и сказал:

— Два господина спрашивают барона. Это те…

— Знаю. Они там, в передней?

— Да.

— Заприте двери и больше никого не впускайте, кроме Гуреля, инспектора полиции. Вы же, Эдуард, попросите их сюда и скажите, что я хотел бы переговорить сначала с одним Колонелем.

Эдуард и Чепман вышли, закрыв за собой дверь гостиной. Рудольф Кессельбах подошел к окну и прислонился лбом к стеклу. Внизу в свете весеннего солнца блестели крыши экипажей и автомобилей. На деревьях уже начинала показываться зелень, и на каштанах были маленькие листья.

— Какого черта Чепман так долго там возится? – проговорил вполголоса Кессельбах.

Он взял со стола папиросу и закурил ее. Вдруг легкий крик вырвался у него. Перед ним стоял совершенно незнакомый человек. Кессельбах невольно отступил на шаг.

— Кто вы? – спросил он.

Незнакомец, элегантно одетый брюнет с уверенным взглядом, ответил шутливо:

— Кто я? Ну конечно Колонель.

— Нет, вовсе нет! Тот, кого я называю Колонелем и кто мне пишет, подписываясь «Колонель», – это не вы.

— Так-так… Да видите ли, мой дорогой, все это совершенно не важно. Самое главное в том, что я есть я и, клянусь вам, что перед вами нахожусь я.

— Но, наконец, милостивый государь, ваше имя?

— Колонель…

Страх постепенно охватывал Кессельбаха. Кто был этот человек? Чего он хотел от него?

Он позвал:

— Чепман!

— Что за странная мысль! Неужели вам недостаточно моего общества?

— Чепман! – снова позвал Кессельбах. – Чепман! Эдуард!

— Чепман, Эдуард, – сказал в свою очередь незнакомец, – что вы там делаете, друзья мои? Разве вы не слышите, вас зовут!

— Я вас прошу, нет, приказываю пропустить меня! – проговорил Кессельбах.

— Да кто же вам, мой дорогой, мешает? Пожалуйста!

И незнакомец вежливо дал дорогу. Кессельбах быстро подошел к двери, открыл ее и сейчас же отскочил назад. Перед дверью стоял другой человек с направленным на него револьвером.

— Эдуард… Чеп… – начал было слабым голосом Кессельбах, но не закончил, увидав, что его секретарь и слуга лежат крепко связанными в углу с кляпами во рту. Кессельбах, несмотря на свой мнительный характер, был храбрым человеком. Тихо, изображая на своем лице страх, он отступал назад, пока не ударился спиной о камин. Его рука судорожно искала электрический звонок. Найдя его, он с силой нажал пуговку звонка…

— И что дальше? – спросил незнакомец.

Не отвечая, Кессельбах продолжал нажимать кнопку.

— Ну а дальше? Вы что же, надеетесь, что поднимете этой пуговкой на ноги весь отель? Да обернитесь же и посмотрите: проволока обрезана.