Книга От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи, страница 18 – Анатолий Салуцкий

— Но всё-таки, если итогово, какие впечатления?

Варя снова задумалась, ответила:

— Впечатление одно. Страна может пойти вразнос. Если этот Феликс, американцы, сам Степнов позволяют себе такой разброс мнений при генерале КГБ, выходит, космонавту уже дозволено делать пробежки. Хлебают новую свободу полными ложками. Как бы не подавиться, не захлебнуться.

Несколько шагов прошли молча.

— Возможно, ты не права. Генерал КГБ через Степнова и Луи ведёт свою игру с иностранными корреспондентами, только и всего.

— Дай-то Бог. Но я так поняла Балаева, что эта игра идёт в доме Луи. А у Степновых бывает много нашего народу. В общем, мне всё это не по душе, тревожно, Дима.

Гонки на лафетах завершились с воцарением Горбачёва. Страна, изнывавшая под застойным гнётом слабоумных старцев, встрепенулась, прильнула к телевизорам, увлеклась надеждами на обновление. Миллионы людей с изумлением наблюдали, как новый начальник государства и его очаровательная супруга – не в пример прежним клушам, по недоразумению именуемым первыми леди, – бесстрашно ныряют в восторженную толпу на ленинградских улицах.

Однако, те, кто по долгу службы или роду занятий обитал в предпольях верховной власти – пусть не формально, – те, которые по личному расчёту или душевному влечению исподволь готовили пришествие молодого генсека, они уже в день коронации Горбачёва понимали, куда покатится жизнь. Считавшие себя лучшими, отборными, избранными, открыто или негласно пребывавшие на особом попечении власти, они отчётливо представляли себе, что надо делать, чтобы перехватить руль управления у изживших себя старцев. Это была контрэлита, рвавшаяся сменить прежнюю, брежневскую элиту, которая всё ещё обладала контрольным пакетом власти и влияния.

Для Вари этот перелом в жизни страны совпал с глубокими личными переживаниями – она ушла в декрет. Позади были жуткие волнения, связанные с первичным анализом, потом множество медицинских консультаций в клинике 4-го управления Минздрава, куда её определил свёкор. Сейчас визиты к врачам участились и, слава богу, всё шло по графику.

Привыкшая к каждодневной занятости на работе, она в первые дни декрета чувствовала себя неуютно. Вдобавок Дима на пять дней улетел в Варшаву, на региональную конференцию Международной организации труда. Его не впервые командируют на «сходки» МОТ, но на сей раз он получил особо важное задание: купить изысканное приданое для новорожденной Леночки – в цековской клинике на новейшем медицинском оборудовании определили, что родится девочка, и после недолгих семейных споров для неё уже приготовили имя. Оставшись в квартире одна, Варя маялась мечтами-думами о первом ребёнке, устала от этих бесконечных переживаний и решила развеяться. А как отвлечься, отдохнуть мозгами? С восьмимесячным животом ни в театр, ни в кино не сунешься. Вариант один: в гости к Альбине!

С Альбиной Рябовол они близко сошлись в студенческие годы. Это была любопытная история. После школы Варе предстояло поступать в институт, однако никаких предпочтений у неё не проявилось, и за жизнеустройство дочери взялся отец. Чтобы всё сделать наверняка, он подыскал надёжных знакомых в Московском авиационно-техническом институте – кстати, самый центр, у Петровских ворот, – и Вера с блеском сдала вступительные экзамены. А потом, когда они подружились с Альбиной, выяснилось, что её точно так же пристраивали родители: папа заведовал знаменитой антикварной комиссионкой на Калужской площади и через постоянных клиентов, охотившихся за редкостями с нарочно заниженной ценой, тоже «вышел» на кого-то из МАТИ. И уж совсем смешно стало, когда сокурсник Витька Рябовол, женившийся на Альбине в студенческие годы, раскололся и сказал, что поступил в институт тем же макаром. Его мать заведовала кулинарией в ресторане «Будапешт», у неё отоваривался кто-то из МАТИ – рядом, рукой подать, – и она договорилась о проходном бале для шустрого непоседливого сына. Всё один к одному! Разница обнаружилась только в институте: Варя училась на совесть, а Витькина мама регулярно снабжала кого надо дефицитными продуктами. Да и в комиссионке у папы Альбы раритетов с «интересной» ценой хватило на все пять курсов, включая защиту диплома.