Книга Убить королеву, страница 125 – Валентина Раскач

— С другой стороны сейчас для моего расследования уже неважно, на самом деле была преступница невменяема или ей просто удалось притвориться таковой. Чудиновой удалось избежать заключения в тюрьму, ее поместили на принудительное лечение психиатрический стационар. Самое главное, мне удалось узнать, что в комиссии, которая выдавала заключение о ее невменяемости, значился Павловский (крупный ученый психиатр). Именно труп Павловского обнаружила у себя в спальне Маргарита по приезде из Турции (он покончил с собой). Именно он последнее время следил за Крыловой до ее отъезда на отдых, пытаясь ее убить. У него никак не получалось задуманное, да и не мудрено, он же не профессиональный убийца.

— Подожди, Маша, разве факт того, что психиатр Павловский выдал заключение о невменяемости девушки, которая хотела отравить Маргариту, может служить доказательством, что и он хотел убить мою жену?

— В том-то и дело, что не может, но я уверена в том, что он мстил Крыловой. Он поджег мебельный склад, когда твоя Маргарита отдыхала в Турции. Здесь у меня есть точное доказательство – Павловского при поджоге засекла камера видеонаблюдения. И я уверена, что именно он следил за Крыловой последнее время, но доказать этого не могу.

— А мебельный склад потенциальный труп сжег, надеясь, что там сидит Маргарита?

— Илюша, если уж ты иронизируешь над моей версией, представь, что думает мое начальство. Я просто подозреваю: Павловский был в отчаянии, что никак не удается «убить королеву». Решил, хоть как-то отомстить ей, поэтому в бессильной злобе поджег склад.

— Тогда объясни почему ты так думаешь? Павловский же не был знаком с Маргаритой, так причем здесь месть?

— Он продолжил дело своей подопечной психически больной Чудиновой Валерии.

— Так ты что намекаешь, что между Павловским и Чудиновой была любовная связь?

— Нет, мне как раз кажется, что они не были любовниками, здесь все сложнее (хотя кто их знает, свечку не держала). Дело в том, что я провела опрос среди сотрудников, с которыми работал Павловский. Все в один голос утверждают, что женщины его вообще не интересовали – ни жены, ни интрижки сроду у него никто не наблюдал. Самое главное, по секрету, одна из его ближайших помощниц мне сообщила, что она поначалу пыталась соблазнить своего шефа. Все усилия были напрасны, поэтому она решила, что он, либо импотент, либо голубой.

— Тогда не понимаю, если не любовь, то разве есть еще более сильные чувства, которые могли толкнуть не киллера, а обычного врача, причем весьма успешного, на совершение преступления?

— Не забывай, Павловский только собирался совершить преступление, но не смог. Я думаю, именно поэтому он убил себя.

— Маша, у меня не укладывается в голове, что ни с того ни с сего врач решил стать убийцей. Должна быть веская причина, которая толкнула психиатра продолжить дело психически нездоровой пациентки. Какая-то связь между ними непременно существовала.

— Возможно, он на Чудиновой испытывал какой-то свой метод лечения, для этого помог ей избежать тюрьмы.

— А зачем тогда лечить Чудинову, если она просто прикидывалась сумасшедшей?

— Нет, я не утверждаю, что Чудинова совсем была психически здорова. Но, чтобы освободить от тюремного заключения, требуется доказать, что она не осознавала, что творит, то есть была невменяема в момент совершения преступления.