Книга Приказано убить, страница 57 – Сара Парецки

Справившись со своими эмоциями, он сухо произнес:

— Миссис Пасиорек интересуется благотворительностью и пожертвованиями. Ее семья известна поддержкой католических школ и монастырей.

— Да, действительно, – наконец выдавил из себя епископ. Он говорил с таким сильным акцентом, что понять его было практически невозможно. – Да, мы многим обязаны доброй воле таких замечательных христиан, как миссис Пасиорек.

Сесилия нервно кусала губы. Тоже, видимо, боялась, что я что-нибудь выкину.

— Пожалуйста, Виктория, уходи, пока мама не узнала, что ты здесь. Она достаточно переживает из-за Агнес.

— Меня пригласили твой отец и твой брат, Сейл. Я не незваный гость.

Я начала прокладывать себе путь сквозь блеск норок, соболей и бриллиантов в другой конец комнаты, где в последний раз видела доктора Пасиорека. На полпути я решила, что лучше пройти по коридору, где стояли растения в кадках. Успешно избежав основного потока гостей, я добралась наконец до конца пути. Под деревьями, обмениваясь отрывистыми замечаниями и покуривая, стояло несколько групп людей. Среди них я увидела одну из школьных подруг Агнес из «Святого сердца», сильно накрашенную и увешанную бриллиантами. Я остановилась и обменялась с ней любезностями.

Когда Регина сделала паузу, чтобы прикурить, с другой стороны апельсинового дерева, возле которого мы стояли, прозвучал мужской голос:

— Я полностью поддерживаю политику Джима в министерстве внутренних дел. На прошлой неделе мы обедали вместе с ним в Вашингтоне, и он рассказывал мне, как усложняют ему жизнь эти твердолобые либералы.

Кто-то ответил в том же духе. Затем третий мужчина добавил:

— Уверен, они умеют обращаться с такой оппозицией.

Обычный разговор богатых людей правого толка, но меня как громом поразил голос третьего мужчины. Без сомнения, я слышала его по телефону два дня назад.

Регина рассказывала мне о своей второй дочери, которая учится в восьмом классе монастырской школы «Святое сердце», о том, какая она умная и красивая.

— Рада за тебя, Регина. Приятно было повидаться.

Я обогнула апельсиновое дерево и увидела мужчину с красным лицом, который распоряжался в церкви, и О'Фаолина. Миссис Пасиорек, которую до этого я не видела, стояла в середине, лицом ко мне. Приближаясь к шестидесятилетнему рубежу, она все еще была хороша собой. Когда я познакомилась с ней, она проходила специальный курс упражнений, мало пила и не курила. Однако годы злобы все же оставили отпечаток на ее лице. Оно было в морщинах и мелких складках, контрастируя с прекрасно уложенными темными волосами. Когда она увидела меня, складка на ее лбу стала еще глубже.

— Виктория! Я специально просила тебя не приезжать. Что ты здесь делаешь?

— О чем вы говорите? Доктор Пасиорек просил меня прийти на похороны, а Филип пригласил меня сюда.

— Когда Томас вчера сказал, что ты собираешься приехать, я трижды звонила тебе. И каждый раз объясняла человеку, который подходил к телефону, что тебя не ждут на похоронах моей дочери. И не притворяйся, что ты не знаешь, о чем идет речь.

Я покачала головой:

— Простите, миссис Пасиорек. Вы разговаривали с моим автоответчиком. Я была слишком занята, чтобы снять с него сообщения. И даже если бы ваше пожелание дошло до меня, я бы все равно приехала: я слишком любила Агнес, чтобы не отдать ей последний долг.