Книга Смертельный удар, страница 110 – Сара Парецки

— ТЫ явно натолкнулась! — закричал он и так сильно хлопнул кулаком по прикроватному столику, что опрокинул графин с водой.

Это переполнило чашу его гнева — он заорал на всю палату, чтобы прислали санитара, затем кричал на него до тех пор, пока тот не вытер весь пол, к его удовольствию. Моя соседка захлопнула «Дейтин гейм» и вышла в коридор. Когда все вокруг стало сухо, Бобби сделал попытку смягчить свой гнев. Он прошелся со мной по деталям происшествия, терпеливо выжидая в те моменты, когда мне трудно было говорить, профессионально подсказывая мне, если я не могла чего-то вспомнить. Тот факт, что у нас было имя — пусть даже только первое имя, — слегка подбодрил его: если этот Трой принадлежал к какой-либо известной организации, то у полиции должно быть досье на него.

— А теперь, Вики, — Бобби повеселел, — позволь подойти к существу дела. Если ты ничего не знаешь о смерти Клегхорн, то почему кто-то пытался убить тебя тем же способом и в том же месте, где убили ее?

— Вот как, Бобби, по вашему мнению, я должна знать, кто убил ее? Или, по крайней мере, почему?

— Точно. Теперь давай поговорим об этом.

Я осторожно покачала головой, так как спина моя все еще болела.

— Это всего лишь твое предположение. На мой взгляд, я должна сначала поговорить с кем-то, кто считает, что я знаю больше, чем я знаю на самом деле. Беда в том, что за последние несколько дней я говорила со многими людьми, и все они были очень недовольны, причем настолько, что я не знаю, кого выберут в качестве наиболее подозреваемого.

— Хорошо. — Определенно Бобби был терпелив. — Позволь узнать, с кем ты говорила.

Я смотрела на разводы на потолке.

— Это были: молодой Арт Юршак. Вы знаете его, это сын члена городского управления. Затем Куртис Чигуэлл — доктор, который пытался покончить с собой в Хинсдейле на следующий день. И еще Рон Каппельман — адвокат ПВЮЧ. Густав Гумбольдт, конечно… Мюррей Райерсон…

— Густав Гумбольдт? — Голос Бобби поднялся до верхней ноты.

— Ну вот, вы знаете его. Это хозяин «Гумбольдт кэмикел».

— Я знаю, что ты имеешь в виду не только его, — резко поправил меня Бобби. — Ты не хочешь поделиться со мной, зачем ты говорила с ними? В связи с Клегхорн?

— На самом деле я совсем не говорила с ним о Клегхорн, — серьезно ответила я, переведя взгляд на стиснутые челюсти Бобби. — Я имею в виду, что не говорила ни с кем из них о Нэнси. Но поскольку все они были более или менее недовольны, любой из них мог захотеть столкнуть меня в болото.

— За два цента я нашел бы того, кто бросил бы тебя туда снова. Это сохранило бы мне много времени. Ты что-то знаешь и полагаешь, что, как только поправишься, снова поведешь расследование, не сказав мне об этом ни слова. На этот раз они едва не погубили тебя. В следующий раз они добьются своего, но пока они не сделали этого, я вынужден потратить на тебя деньги города, чтобы кто-то охранял тебя. — Его голубые глаза сверкнули. — Айлин очень беспокоится о том, как ты здесь. Она хотела послать тебе цветы и забрать к нам домой, чтобы ухаживать за тобой. Я сказал ей, что ты не заслуживаешь этого.

После того как Бобби ушел, я снова легла. Я попыталась заснуть, но боль в плечах не давала мне покоя. Злые слезы жгли мне глаза. Меня чуть не убили, однако все, на что он способен, это оскорблять меня! Я, видите ли, не заслуживаю, чтобы за мной поухаживали, только потому, что я — не болтушка и не рассказала ему все, что знала. Я попыталась намекнуть, упомянув имя Гумбольдта, но все, что я получила за свои страдания, это всего лишь его недоверчивый возглас.