Книга Слепая зона, страница 94 – Сара Парецки

— «Мистер Т»? Какое он имеет отношение ко мне? Ты не просто самонадеянная, ты сумасшедшая.

— Твоя маленькая компания по Т-клеткам. Кажется, так ты назвала ее, когда давала мне задание. Я сейчас не припомню ее настоящего названия.

Фиби так побледнела, что веснушки показались пятнами крови на ее лице.

— Я хочу, чтобы ты немедленно оставила это расследование. Что ты разузнала?

— Увижу это сегодня после обеда и пошлю тебе отчет и счет. – Я говорила жестко, не стараясь скрывать свой гнев.

— Я не хочу, чтобы ты смотрела. Не хочу, чтобы ты посылала мне отчет. Я спишу твой аванс, как плату за работу на эту компанию. – Фиби встала. – И держись подальше от «Хоум фри». Ни Камилла, ни я, мы больше не хотим этой мутной воды.

— Фиби, что ты себе позволяешь? Ты не можешь всюду мною командовать, я не мешалка, которую можно запустить и остановить, нажав на выключатель. Тебе следует помнить: я профессионал, с которым ты заключила контракт, а не взяла напрокат. А это означает, что я сама намечаю план работы. И если я внезапно обнаруживаю что-то, что нарушает этот план, то вправе без подсказок принять решение.

— Профессионал? – Фиби скривила губы. – Все твои отчеты остались в предназначенном к сносу здании! Это же смешно! Я наняла тебя из жалости к борющейся женщине-предпринимателю. В городе существует масса других фирм, которые будут делать то, что я пожелаю, и с гораздо меньшими претензиями.

Я с тяжелым чувством покинула кабинет Фиби: слишком много правды было в ее словах. Ничто в моей жизни в последнее время даже отдаленно не было похоже на успех, не говоря уже о профессионализме.

Я искала место, где можно было бы быстро перекусить по пути в Дирбон. Мне хотелось старомодного ячменного супа с клецками, но все семейные закусочные куда-то исчезли – их заменили обычные бары-капуччино для удовлетворения испорченных вкусов – таких, например, как мой собственный.

В какой-то забегаловке я выпила чашку эрзац-бульона с овощами, проглотила большой кусок теста, именуемый пирогом, и отправилась дальше в «Геральд стар». Без своего модема я должна была таскаться по городу. Хорошо, что на мне были мои кроссовки.

Я поднялась на второй этаж в отдел новостей и по лабиринту между кабинами направилась к столу Мюррея Райерсона. Мне повезло: Мюррей был на месте и разговаривал по телефону. Он поднял глаза, когда я хлопнула его по плечу, и немедленно закончил разговор. Марри крепко обнял меня. Великан-викинг с рыжей бородой, он на добрых девять дюймов возвышался над моими пятьюдесятью восемью.

— Нэнси Дрю во плоти, – прогудел его мощный голос на весь этаж.

Какая-то женщина с любопытством выглянула из соседней кабинки. Мюррей самозабвенно гладил мои волосы.

— В этой кудрявой копне появилось серебро. Так много времени прошло с тех пор, как ты говорила мне, что стала старой.

Я высвободилась. Женщина по соседству снова склонилась над своим столом.

— Это просто результат работы с тобой за все эти годы.

— Неужели? – усмехнулся он с издевкой. – Разве мы когда-нибудь сотрудничали? Я никогда не получал от тебя ничего, кроме оплеух, и то только когда тебе нужно было вернуть расположение. Вот я и интересуюсь, что ты делаешь сейчас здесь.

Мюррей и я вернулись к воспоминаниям о днях моей работы в полицейском управлении; тогда он был начинающим репортером и старался найти каналы утечки информации из защищенных файлов прокурора штата. Мы познакомились, когда он брал у меня интервью для своей газеты. Даже хотя я и подозревала своего заместителя директора, но оставшаяся от воспитания на Саут-Сайд замкнутость удержала меня от доноса. Мюррей, естественно, получил информацию от недовольного начальством секретаря. Так или иначе, но в свой следующий служебный отчет я добавила горячности. Однако впоследствии я задумывалась, почему Мюррей закрутил со мной роман. Может, решил таким образом компенсировать свое первое неудачное интервью?