Книга Слепая зона, страница 158 – Сара Парецки

Старик кивнул, давая понять, что пришел в себя.

— Готова, детка? Будь осторожна, ведь неизвестно, в каком состоянии там помещение. Может, много воды или еще чего-нибудь.

— Хорошо. Хай-хо, хай-хо, мы уходим на работу!

Прихватив с собой металлическую трубу вместо прогулочной трости, я протиснулась сквозь дыру в фундаменте.

Сырость была смешана с угольной пылью и покрывала лестницу черной глазурью. От фонарного луча грязь блестела, словно черный лед. С лестничной площадки мы старались заглянуть вниз, чтобы определить, сколько нам еще спускаться, но вне светового круга ничего не было видно. Мы начали осторожно спускаться, страхуя себя металлическими шестами.

Там, куда не доставал свет фонаря, тьма была абсолютная. Она была такой, словно света в природе никогда не существовало. Казалось, мы двигались сквозь самое тьму, физическое присутствие которой просто душило наш тщедушный луч. Мы двигались молча, подавленные весом земли над нами. Только ехидный крысиный писк нарушал тишину.

На мгновение я испугалась, перепутав отсутствие света с отсутствием кислорода. Голова у меня закружилась, я вцепилась в железный брус, который кто-то прикрепил к лестнице, но он держался на честном слове, и я болезненно приземлилась на «пятую точку». Мистер Контрерас обеспокоенно засуетился надо мной, но комбинезон обеспечил относительно мягкую посадку. Я медленно поднялась, потирая ушибленный копчик. Встряска прочистила мне мозги.

Воздух был насыщен запахом плесени и крысиного помета, но, несмотря на это, дышалось легко. Я зажгла спичку, чтобы убедить себя в наличии кислорода. Пламя горело ярко. Чтобы отвлечь себя от мыслей о глубине, на которой мы находились, я запела веселое прощание Фигаро с Керубино. Мы с мистером Контрерасом были похожи на пару бабочек, планирующих вниз, в недра земли, вместо того, чтобы лететь к нежным цветам. Мое пение освободило мистера Контрераса от чар, сковавших его речь, и он пустился в воспоминания о своей военной молодости. Многие из них я уже знала наизусть, начиная с того, как он выкрал Клару и Митча Крюгера, и кончая шрапнелью, заряд которой он получил при битве у Анзайо; но его веселый, эхом отражавшийся от стен голос наполнил темноту жизнью.

В конце второго пролета луч высветил какой-то предмет. Я нагнулась и подняла его. Это была какая-то ткань со свисающим из нее куском тесемки. Я осторожно расправила ее. Внешнее синтетическое покрытие еще сохраняло форму. Это оказалась детская лыжная перчатка, в прошлом ярко-аквамаринового цвета. Я не представляла, что плесень и грязь так быстро действуют на вещи, но она выглядела так, будто пролежала здесь долгие годы. Я положила ее назад. Теперь она никому не нужна. Во всяком случае, находка подтвердила, что мы идем по следу, если не Теймар Хаукингс, то чьей-то другой человеческой жизни.

Мы продолжили спуск, успокоенные хрупкой реликвией. Казалось, лестнице не будет конца, а мы скоро достигнем центра земли. Утратив чувство времени, я думала, что мы уже целый час под землей, но, взглянув на часы, обнаружила, что спуск по лестнице занял всего семь минут.

Наконец, миновав четвертый марш, мы подошли к закрытой двери. На полу плескалась вода, заливая нижнюю ступеньку. Две крысы вскарабкалась по решетке на верхний косяк. Пока мистер Контрерас, нащупав ручку, пытался открыть дверь, я с помощью своего шеста отпугивала от него крыс.