Книга Ангел-хранитель, страница 73 – Сара Парецки

Финчли записал название «Даймонд хэд» на помятой бумажке, которую разложил на колене.

— А какое отношение имеешь к этому ты, Варшавски? Ты ведь знаешь, что это первый вопрос, который задаст мне лейтенант.

Лейтенантом был Бобби Мэллори, относившийся ко мне лучше, чем к другим, но все же не большой поклонник моего стиля работы.

— Это просто слепое везение, детектив. Мы с мистером Контрерасом соседи. Он нанял меня, чтобы я нашла его друга. Я не слишком-то люблю таким образом находить себе работу… Как долго, по мнению Вишникова, он находился в воде?

— Около недели. Когда кто-либо из вас видел его в последний раз?

Я мягко потрясла за руку своего соседа и повторила ему вопрос. Это вернуло его к действительности, и он, запинаясь, представил устный отчет о последних выходных, проведенных им вместе с Митчем, перемежая его упреками в свой адрес за то, что он выставил своего друга на улицу. Финчли задал ему еще несколько вежливых вопросов и отпустил нас.

— Только не отправляйся дежурить в Саут-Сайд, предварительно не поговорив со мной, ладно, Вик? – сказал он.

— Если Митч нарвался на торговцев запрещенным товаром, то они целиком твои. У меня нет сил и средств на то, чтобы охотиться за всяким отродьем, даже если бы у меня и было такое желание. Но внутренний голос говорит мне, что мертвый старик без семьи и каких-либо связей не будет занимать все время следователей первого округа.

Финчли непроизвольно передернул плечами:

— Не читай мне лекции о работе полиции и ее отношениях с общественностью, Варшавски. Я в этом не нуждаюсь.

— Я просто говорю о том, что есть, Терри. Я не собиралась никого оскорблять. – Я встала. – Спасибо за то, что спас мистера Контрераса и меня от этих разбойников из офиса шерифа.

Финчли улыбнулся, что случалось с ним очень редко.

— Мы охраняем и защищаем, Вик, ты это знаешь.

Мистер Контрерас не проронил ни слова, пока мы медленно ехали к дому. Я была измотана настолько, что с трудом могла сосредоточиться на сигналах светофора. Если бы кому-нибудь снова вздумалось следить за нами, им бы никто не помешал это сделать.

День начался с воплей Дика и закончился разложившимся трупом. Правда, для легкой разрядки судьба подбросила мне поездку в Шомбург. Мне грезились отдаленные горные склоны, снег и ощущение полного мира и покоя, но завтра я должна была снова встать и быть готовой к новой битве.

Я подождала на площадке, пока мистер Контрерас не открыл свою дверь.

— Я зайду к вам. Вам нужно выпить горячего чая с изрядным количеством молока и сахара.

Он попытался было протестовать.

— Я тоже выпью чаю вместе с вами, – сказала я. – Этой ночью ваша граппа или виски не годятся.

Стрелки на часах на кухне застыли на двенадцати. Нет, было еще не так поздно. Конечно же, мои руки тряслись не от усталости, когда я шарила в ящиках и на полках буфета в поисках чая. Наконец мне удалось отыскать старую коробку «Липтона», засунутую куда-то между засаленной посудой. Судя по запаху, чай уже давно выдохся, но он ведь никогда по-настоящему не портится. Я взяла два пакетика, чтобы заварка была покрепче. Вместе с молоком и сахаром это должно быть хорошим укрепляющим средством.

Я смотрела на мистера Контрераса, пока он пил свой чай. Его лицо немного оживилось, и ему захотелось говорить. Я слушала его бесконечные истории из их с Митчем детства: как они положили лягушку в кружку для сбора пожертвований в церкви, как в одно и то же утро они поступили в ученики – и тут последовало отступление о Тэде Бальбини, который им материально помогал, – и как мистер Контрерас пошел в армию, а Митч – нет.