Книга Ангел-хранитель, страница 151 – Сара Парецки

Я продолжала напевать «Ми тради квелль альма инграта», пока чистила «смит-и-вессон». Эта мелодия такая жизнерадостная, что ария часто приходит мне на ум в счастливые моменты, несмотря на ее полные отчаяния слова. Хотя позже, оттирая с пальцев масло, я принялась размышлять, кто же может быть неблагодарным негодяем, о котором шла речь в арии. Конечно, не Конрад Роулингс или мистер Контрерас. Но оставались еще широкие возможности для выбора: Джейсон Фелитти, Милт Чамферс и мой старый добрый бывший супруг Дик. В отличие от героини Моцарта я не чувствовала особой жалости к шайке из «Даймонд хэд», но какая-то вспышка сентиментальности заставила меня надеяться, что Дик не был еще по уши в их дерьме.

К тому времени, как пистолет был вычищен, а я одета, был уже пятый час. Я позвонила Ларри, парню, который приводит в порядок мою квартиру, когда она бывает перевернута вверх дном после подобных вторжений, и объяснила ему, в чем моя проблема. Он не мог начать работу раньше среды, но он направил меня к одному стекольщику, который согласился заняться окном на следующее утро.

Немного поразмыслив, я решила позвонить в охранную фирму, чтобы мне установили сигнализацию на окна и двери. Я попала на их автоответчик и получила инструкцию перезвонить в понедельник утром. Я терпеть не могу жить в крепости. Достаточно неприятно каждый вечер ставить квартиру на сигнализацию – хотя сигнализация позволила бы мне снять с двери все эти скобяные изделия, – но я просто не могла допустить, чтобы ко мне в окна забирались посторонние.

Остаток дня я провела за тем, что забивала досками разбитое окно и устанавливала крепления на другие окна. После этого мне стало тревожно, и, к моему испугу, я почувствовала себя покинутой. Одиночество обычно приносит мне чувство мира и покоя, но сейчас я чувствовала себя словно в осаде. Я чувствовала, что не смогу провести здесь ночь с заколоченными досками окном.

Я могла позвонить Конраду, но было бы неправильно начинать наши отношения, становясь от него зависимой. После нескольких минут колебания я позвонила Лотти, застав ее у Макса.

— Думаю, что я нашла тех людей, которые на тебя напали, – с места в карьер начала я. – Или они меня нашли.

— Да? – осторожно спросила она.

Я рассказала, что случилось прошлой ночью, подчеркнув, что я сообщила Финчли и Роулингсу все, что знала о Митче Крюгере и «Даймонд хэд».

— Но я не думаю, что они восприняли все это всерьез. Они думают, что купание в Сэн – это было просто наказание за то, что я тайком проникла на предприятие. – Я глубоко вздохнула. – Лотти, я знаю, что ты на меня очень рассержена, потому что на тебя напали вместо меня. Я тебя не виню. Но… я просто не могу оставаться одна сегодня ночью. Это уж слишком – столько людей пытаются… – К моему ужасу, я обнаружила, что слезы душат меня; я не могла продолжать.

— Вик, не надо! – Я пришла в себя от той суровости, которая прозвучала в ее голосе. – Я просто не могу тебе сейчас ничем помочь. Мне очень жаль. Мне ужасно жаль, что прошлой ночью тебе пришлось столько перенести. Я бы очень хотела помочь тебе собрать тебя из кусочков, но я сама разбита на столько кусочков, что вряд ли смогу тебе чем-то помочь.

— Я… Лотти… – Но она передала трубку Максу.