Книга Ангел-хранитель, страница 12 – Сара Парецки

Как и Лотти, Макс был потрясен блестящей игрой своего сына. Я предложила им сразу же уехать, но они решили, что должны остаться на прием после концерта.

— Поскольку все это устраивается в честь Терезы, покажется странным, если Макс там не будет, тем более что Майкл – его сын, – сказала Лотти. – Но если ты хочешь уехать, Вик, то не беспокойся, мы доберемся на такси.

— Не говори ерунды, – отозвалась я. – Я постараюсь не терять вас из виду – вы дадите мне сигнал, когда соберетесь ехать.

— Но ты снова можешь увидеть Дика. Сумеешь ли ты побороть возбуждение? – Лотти постаралась скрыть свое волнение под сарказмом.

Я поцеловала ее в щеку.

— Сумею.

После этого я надолго потеряла ее из виду. Как только закончился концерт, толпы людей устремились к лестницам. Когда Макс, Лотти и я наконец пробились в верхнее фойе, нас тут же разделил людской поток. Вместо того чтобы пробиваться к ним через толпу, я подошла к балюстраде, надеясь увидеть, куда они направились. Это было безнадежно: Лотти ростом всего пять футов, а Макс выше ее лишь на несколько дюймов. После того как они наконец попали в фойе, я потеряла их из виду в считаные секунды.

Пока шла вторая часть концерта, в вестибюле был устроен буфет. Четыре огромных стола, образующих огромный прямоугольник, были завалены фантастическим количеством съестного. Там были и уложенные горками креветки, и громадные вазы с клубникой, пирожными, булочками, салатами, и большие блюда с устрицами. Вдоль коротких сторон прямоугольника располагались горячие блюда. Со своего наблюдательного поста я не могла разглядеть, из чего же они состояли, но мне казалось, что сдобные булочки и куриная печенка теснились рядом с жареными грибами и пирожками. В середине двух длинных сторон прямоугольника мужчины в белых колпаках заносили ножи над огромными кусками говядины и ветчины.

Люди, потеряв голову, бросились к столам, стремясь добраться до еды прежде, чем она исчезнет. В первой людской волне, хлынувшей к горам креветок, я заметила бронзовую кирасу Тэри. Она двигалась в кильватере Дика, а он хватал креветки с неистовством человека, который боится, что у него отнимут честно причитающуюся ему долю, если он не ухватит ее поскорее. Набивая рот креветками, он важно беседовал о чем-то с двумя мужчинами в вечерних костюмах, которые, в свою очередь, увлеченно поглощали устриц. Медленно продвигаясь к центру стола, где находился ростбиф, они то и дело прерывали свой разговор, кидаясь на маслины, пирожки, зелень – на все, что попадалось им на пути. Тэри продвигалась следом, видимо беседуя с женщиной в голубом вечернем платье, густо расшитом жемчужинами.

— Я чувствую себя фараоном, наблюдающим картину нашествия саранчи, – произнес за моей спиной знакомый голос.

Я обернулась и увидела Фримэна Картера – адвоката из «Кроуфорд, Мид», который номинально считался специалистом по уголовным делам. Я улыбнулась и положила руку на изящный лацкан его смокинга. Наше знакомство восходило к тем временам, когда еще я вслед за Диком пробивалась через толпу на приемах и вечеринках их фирмы. Фримен был единственным партнером в фирме, который разговаривал с женщинами, не подчеркивая, какую великую честь он им этим оказывает, поэтому я стала обращаться к нему, если у меня возникали собственные юридические проблемы, в те времена, когда система, казалось, стремилась искалечить меня.