Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 57 – Василий Моисеев

Щепа уважительно кивнул. Он хорошо знал, что у шефа везде есть свои люди, не исключая грозное УВД. Если судить по оперативности и важности получаемой им информации, то люди эти сидят высоко и видят далеко. И слава богу. Глаза и уши нужны не только людям, а и организациям. Особенно группировкам. От такой мысли Щепа тоже заметно повеселел, улетучилась куда-то даже постоянная настороженность к Митричу как к претенденту на роль главаря. Наоборот, такой расклад даже успокаивал, а осведомленность шефа во многих делах «казенных домов» и вовсе вселяла оптимизм. Что и говорить, купчина хорошо разбирался не только в торговле.

— У меня везде свои люди, – озвучил Митрич мысль «бригадира», – обо всем, что происходит в УВД, я узнаю одновременно с Федоровым. А то и раньше.

И пренебрежительно хохотнул. Он с полным правом мог себе это позволить.

— Я знаю, Митрич.

Митрич возразил:

— Ничего ты не знаешь, Щепа. Разве лишь незначительные верхушки. Не в обиду говорю, а для уверенности, для успокоения. В нашем деле без надежного прикрытия не обойтись. Твое дело что? Получил заказ, отследил жертву, напичкал свинцом и в лежку. А я обо всем думать должен, каждый шаг прогнозировать. И свой, и твой, и всех. И за всех отвечать. За организацию отвечать. А это больших мозгов требует.

Это было признанием полномочий. Демонстрацией власти. И Щепа с внутренним облегчением осознавал, что принимает лидерство Митрича без сожаления, без опаски и сомнений. Хан сделал правильный выбор. Что ж, у Митрича и впрямь есть весомый повод для радостного настроения.

— Я сегодня именинник, Щепа, – прежним тоном делился новоиспеченный главарь, – я сегодня приставил своего человечка к самому злейшему нашему врагу. Представляешь? Я сделал то, что не удалось самому Хану. Я буду теперь знать каждый шаг этих гребаных ищеек.

Митрич словно норовил подтвердить обоснованность своего назначения на роль главаря, и сказанное им действительно того стоило. Возможность получать оперативную информацию с площади Мичурина переоценить трудно. Тут не в деньгах дело, а в безопасности группировки. Потому, наверное, Митрич не назвал имя злейшего врага. И уж, тем более, никогда не назовет имя внедренного в УВД «человечка». А осторожный Щепа никогда об этом не спросит. Не такой уж он дурак.

— Круто, Митрич, – искренне поддакнул он, – без базара, бля буду.

Искренность и откровенное радушие, с которым «бригадир» воспринял известие о нынешнем положении директора супермаркета, наблюдательным Митричем не остались незамеченными, это импонировало, и он посчитал позволительным еще чуточку приоткрыть завесу секретности над событиями сегодняшнего дня. Тем более Щепа сыграл немаловажную роль в этом. Как-никак, осуществил отвлекающий маневр. Менты долго будут раскручивать результаты его работы и вряд ли поймут, что занимаются второстепенным делом.

— С казахами тоже все о’кей, – поделился главарь, – товар уже в надежном месте, а с реализацией проблем не будет. Твой вклад в эту операцию тоже оценен. Через недельку-другую свой процент сполна получишь. Когда вернешься. Деньги после отпуска ой как нужны.

— Деньги всегда нужны, – уточнил «бригадир» и пошутил: – Смотри, Митрич, я ведь могу набраться наглости и не отказаться.

Непонятная щедрость шефа вызвала смутное беспокойство. Впервые за весь вечер. Оценкой работы бригады были две пачки долларов, уже гревшие карманы, и никакая дополнительная доля не предусматривалась. Деньги, ясный перец, никогда не бывают лишними и никогда не мешают, но и дармовыми бывают очень редко. Дармовой сыр бывает только в мышеловке.