Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 12 – Василий Моисеев

В супермаркете Митрича сервис своей навязчивостью ничем не отличался. Такие же зоркие девицы на контроле в компании с вооруженным охранником, такие же идиотские требования, умопомрочительные цифры на ценниках, и такое же отсутствие покупателей. При подобной торговле любая точка без дополнительных финансовых вливаний продержится максимум полгода, а Митрич готовится отметить десятилетний юбилей, и истоки его процветания ни одной налоговой службе до сих пор не показались интересными. Похоже, в этих службах сидят дубари дубарями, а не профессионалы. И слава богу, конечно, и дай им бог доброго здоровья на долгие годы, и дальнейших успехов в нелегкой беспокойной работе.

От этой насмешливой мысли гость даже повеселел. По крайней мере, свою кожаную сумку на плетеную металлическую корзину поменял без прежнего неудовольствия, изобразил на лице нечто отдаленно похожее на улыбку и неторопливо направился вдоль рядов с продуктовым изобилием. Никакой надобности что-то покупать не было, однако сам факт его появления здесь обязывал что-нибудь приобрести. Да и дурацкая корзина в руках тоже напоминала о необходимости ее заполнения, и после небольшого раздумья казахстанский гость положил в корзину бутылку коньяка стоимостью около тысячи рублей, резонно решив, что подобный товар никогда не помешает, добавил коробку шоколадных конфет и с заинтересованным видом уставился на полку с многообразием сортов кофе. Заинтересованность покупателя не осталась незамеченной, и перед ним как по мановению волшебной палочки предстала стройная фигурка с улыбкой кинозвезды.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? – обворожительно проворковала девица, источая любезность и радушие. – Вы какой кофе предпочитаете?

— Я предпочитаю хороший кофе, – улыбнулся покупатель, – настоящий.

— У нас плохого кофе не бывает, – с прежней вежливостью протянула девушка, и угадывалось, что фраза на этот раз прозвучала заученно. По инструкции.

— Я знаю, – миролюбиво согласился покупатель и признался: – Меня интересуют ваши поставщики.

Она столь странному сообщению нисколько не удивилась. Либо ко многому привыкла, либо, скорее всего, была инструктирована и по поводу нежелательности проявления излишних эмоций. Чувствовалась выучка, одним словом. Лишь повела плечами:

— Об этом надо у директора спрашивать, не у меня.

Ему именно это и требовалось.

— А как бы его увидеть? – подхватил посетитель и поспешил добавить: – Я ведь тоже снабжением занимаюсь, и чем черт не шутит, а вдруг мое предложение окажется привлекательней?

Такой возможности исключать не приходилось. Девушка повела рукой в сторону двери в дальней части магазина:

— Вот директорский кабинет. Пойдемте, провожу.

Как просто, оказывается, попасть в кабинет к директору крупного супермаркета. Вот что значит частная собственность и вытекающая из этого заинтересованность в поступившем предложении, действительно способном оказаться выгодным.

У кабинета с табличкой «директор» девушка легонько приложилась костяшками пальцев к двери, приоткрыла ее, не дожидаясь ответа, и доложила:

— К вам, Виктор Дмитриевич. Вы не заняты?

— Пусть заходит, – послышалось из кабинета.

«Кинозвезда» еще раз сверкнула обворожительной улыбкой и кивнула в сторону двери:

— Пожалуйста…

Наверное, она несказанно удивилась бы, узнав о давнем знакомстве посетителя со своим строгим шефом, о договоренности сегодняшней встречи и точках соприкосновения их интересов. Ни о чем похожем девушка не знала и не догадывалась, и слава богу, потому что излишняя осведомленность предопределила бы ее молодую жизнь в одночасье. Как, впрочем, жизнь любого сотрудника или сотрудницы супермаркета, проявивших чрезмерную догадливость или неосторожное любопытство.