Книга Королевская кровь, страница 73 – Риз Боуэн

— Под стражу? Вы с ума сошли, молодой человек? — возмутилась леди Миддлсекс, а мисс Розан слабо пискнула: «Подземелий?»

— Тогда упомянутые дамы должны поклясться не разглашать ничего из услышанного. Уверен, мы можем доверять слову супруги британского атташе.

— Всецело и без сомнений, — ответила леди Миддлсекс.

— Все присутствующие должны пообещать мне, что не повторят ничто из услышанного в этой комнате ни одной живой душе за ее пределами, — сурово произнес Николай. — От этого зависит будущее моей страны. Могу я вам довериться? Вы даете слово?

— Я уже сказал — даю слово, — ответил Дарси. — Не знаю, как ты намерен это провернуть, Ники, но я сделаю все, что в моих силах, лишь бы тебе помочь.

— Я тоже даю слово, — поддержала я.

— Превосходно, — откликнулся Николай, — а вы, дамы?

Леди Миддлсекс насупилась.

— Как правило, я решительно против любых обманов и уверток, но понимаю, что эта история может повлечь за собой серьезные неприятности для вашей страны, поэтому тоже даю слово. Кроме того, мы с мисс Розан уедем, как только будет открыта дорога через перевал. В Багдаде меня ожидает муж.

— Я буду держать язык за зубами, — добавила мисс Розан. — Не в первый раз. Когда всю жизнь служишь компаньонкой по чужим домам, чего только не услышишь, что не для твоих ушей.

Николай взглянул на графа Драгомира.

— А вы, господин мажордом? Готовы дать слово на благо своей страны и ради счастья Марии? — Он протянул Драгомиру руку.

Они обменялись рукопожатием, и мажордом с поклоном отвечал:

— Я не подведу вас, ваше высочество. Однако думаю, что должен выбрать двух самых преданных слуг на тот случай, если нам понадобится помощь, и ввести их в курс событий.

— Разумно. Выберите самых надежных, и за дело. — Николай вздохнул. — Итак, прежде всего Пирина надо перенести в его комнату, что само по себе непросто. Он был крупным мужчиной, а мертвецы тяжелее живых.

— Для этого и пригодятся двое слуг, — сказал Дра-гомир. — Они оба крепкие парни. Одного поставлю караулить за дверью, а ключ возьму себе.

— Благодарю вас, Драгомир. Ценю ваши услуги, — сказал Николай.

— Не знаю, чего вы надеетесь этим добиться, ваше высочество, — покачал головой мажордом — По моему, это безнадежная затея.

— Не такая уж безнадежная, — вмешался Антон. — В Гейдельберге я немного занимался химией. Чем больше времени проходит, тем сильнее цианистый калий растворяется в теле. Скоро от него не останется и следа. Сердечный приступ — трагедия, но в таком несчастье винить будет некого, кроме самого покойного. Отцу потребуется продумать, как быть дальше. Мы дадим ему необходимое время.

Я слушала молча, но тут набрала в грудь воздуху и решилась заговорить.

— Мне кажется, вы все упускаете кое-что важное. А именно — убийцу! Кто так сильно желал Пирину смерти, что решился на риск и отравил его при большом скоплении народа?

Все еще четверг, 17 ноября

Все еще в снежной ловушке

Все уставились на меня, будто я высказала совершенно неожиданную мысль.

Потом Антон неловко хмыкнул.

— Единственные, кто и правда мог бы обрадоваться смерти Пирина, мы с Николаем, но мы не настолько глупы, чтобы рисковать будущим страны, отправив фельдмаршала на тот свет.

— Не знаю здесь ни одного человека, который был бы мало-мальски знаком с фельдмаршалом, а уж тем более у кого имелся бы мотив его убить, — добавил его брат.