Книга Королевская кровь, страница 33 – Риз Боуэн

— Мой билет? Мое место? — Глаза у нее стали круглые от испуга. — Это что ж, я отдельно от вас поеду?

— Это вагон первого класса, а прислуга всегда путешествует третьим, — растолковала я ей. — Не тревожьтесь. Когда прибудем в Дувр, встретимся на платформе, туда же выгрузят и наш багаж. К тому же сейчас рядом с вами наверняка будет сидеть горничная дамы, моей компаньонки, и вам будет с кем поболтать дорогой. Да, Принци, и будьте добры, не сообщайте остальным горничным, что вы у меня в услужении только со вчерашнего дня или что подожгли платье предыдущей хозяйки.

— Туточки ваша правда, мисс, — кивнула она, прикрыла ладонью рот и хихикнула. — Чтой-то никак не научусь говорить «миледи». Вы уж простите, я всегда была туповата. Папаня мой говаривал, что меня в детстве головой об пол уронили.

Превосходно. Просто превосходно. Вот так радостная новость. Очень может быть, что Принци припадочная или чуть что хлопается в обморок. Я уже начала сожалеть, что отказалась от предложения Белинды. Накануне я наведалась к подруге — поделиться уморительной историей про свою горничную, но ни Белинды, ни ее Флорри дома не застала. Должно быть, Белинда снова сбежала куда-нибудь в теплые края. Неудивительно.

Взволнованная Принци потопала дальше по платформе искать вагон третьего класса. Провожая ее глазами, я подумала: надо же, горничная в шубке, пусть и облезлой, а я, госпожа, всего-навсего в плотном шотландском твиде. Некоторым девушкам шубку дарят на совершеннолетие. Мне ужасно хотелось купить шубку на тот чек, который я получила от сэра Хьюберта, одного из множества маминых мужей и любовников — мне он нравился больше всех, — но, к счастью, вместо этого я положила деньги на счет в банк. И на эти деньги прожила почти год, но потом и они закончились. Вспомнив о сэре Хьюберте, я оживилась. Он ведь до сих пор в Швейцарии, оправляется после несчастного случая (или то была попытка преднамеренного убийства? Теперь уже не узнать). Значит, на обратном пути я вполне могу навестить его. Как только доберусь до места назначения, напишу ему письмо.

Я вошла в вагон первого класса и тут только осознала кое-что ужасное. Во-первых, дама, которую отрядили за мной присматривать, все еще не появилась, а во-вторых, я понятия не имела, куда мы едем. Даже названия станции, на которой нужно высадиться, и то не знала. Ну вот, новые поводы для беспокойства!

До отправления поезда оставалось все меньше. Я нервно расхаживала по купе, и вот, когда я в сотый раз проверяла, на месте ли в багажной сетке несессер с драгоценностями, дверь купе распахнулась, и за спиной у меня раздался голос:

— Что вы здесь делаете? Горничные едут третьим классом. И где ваша хозяйка?

Я обернулась и увидела тощую, костистую даму с лошадиным лицом и в длинной каракулевой шубе. За спиной у нее с надменным видом стояла сухопарая девица в черном, нагруженная шляпными картонками и несессерами. Обе взирали на меня так, словно я была грязью, прилипшей к подошвам их ботинок.

— Полагаю, вы ошибаетесь, — сказала я. — Я — леди Джорджиана Раннох, и это мое купе.

Лошадиная физиономия побледнела.

— О, простите, ужасно виновата. Я увидела вас со спины, а пальто у вас не из самых модных и новых, вот я, естественно, и подумала… — Дама с трудом изобразила сердечную улыбку и протянула мне руку. — Леди Миддлсекс, — сказала она.