Книга Королевская кровь, страница 104 – Риз Боуэн

— О, мотив мне приходит на ум не один. Как я слышал, болгарские царевичи недолюбливают этого военачальника. А вы с ними в родстве, верно? Может, вы сговорились с ними и убили Пирина для них.

— В таком случае, — парировала я, — мы могли бы с легкостью представить смерть фельдмаршала как сердечный приступ, и никто бы даже не усомнился. К тому же с какой стати мне вовлекаться в болгарскую политику, пусть я и в родстве с царевичами?

— Ради денег. — Патраску обнажил в ухмылке острые зубы. — Говорил я, за деньги кто угодно согласится на что угодно. А у вас денег нет, это мне сказал спутник вашей матери.

— Может быть, меня воспитывали и без денег, но зато воспитали во мне честность, — высокомерно сказала я. — Будь у меня острая нужда в деньгах, я давно бы сделала выгодную партию и вышла замуж. Ваш наследник престола уже делал мне предложение.

— Знаю — Патраску небрежно отмахнулся. — Я всегда все знаю — служба такая.

— Если бы я вышла за него замуж, то вряд ли начала бы свой брак с войны между балканскими странами, как вы думаете?

— Но я слышал, что вы ему отказали, — со знанием дела заметил Патраску.

Он повернулся к одному из подручных, что-то коротко бросил на незнакомом мне языке. Полицейский вытащил носовой платок, обернул им флакончик и извлек из ящика. Затем бережно, не разворачивая платок, протянул Патраску.

— Уверяю вас, моих отпечатков пальцев там нет, — сказала я. — Скорее всего, вы установите, что это обыкновеннейший аптечный пузырек и раньше там было чье-нибудь лекарство от головных болей.

Не разворачивая платка, Патраску ловко вытащил пробку, понюхал горлышко флакона, потом быстро отвел руку.

— Не было там никакого лекарства от головных болей, — заявил он. — И отпечатки пальцев я на нем найти не рассчитывал. Предусмотрительный и хитрый убийца стер бы их.

— Даже самый глупый убийца выбросил бы флакон за окно, и там он лежал бы в глубоком сугробе до самой весны, пока снег не сойдет, — сказала я. — А к тому времени убийца уже был бы далеко-далеко.

Патраску посмотрел на окно и поразмыслил — видно, туго соображал.

— Неужели даже вам непонятно, что меня пытаются… как это? Подставить? — сказала я.

Точнее, я сказала «переложить на меня вину», потому что говорили мы по-французски, а я помнила только слово «подставка», которое относилось к сервировке стола и явно не подходило к случаю.

— Зачем бы настоящему убийце сохранять улику? Он бы избавился от нее сразу же. В таком огромном замке, где так много закоулков, всяких ниш и щелей в стенах и в полу, спрятать флакончик проще простого. Или можно было держать его при себе. Но убийца подбросил его мне!

Патраску помолчал.

— Только очень хитрый преступник — точнее, преступница — придумал бы такой трюк: отвести от себя подозрения, изобразив, будто кто-то ее подставил, — наконец сказал он. — Я изложу вам свое мнение, английская дама. Я считаю, что вы с вашим английским приятелем ловко сговорились — с тем самым, который нарочно увез тело фельдмаршала, чтобы я не успел осмотреть труп или допросить вашего дружка.

Я усмехнулась.

— Он, кстати, и не англичанин, а ирландец.

Патраску со скучающим видом отмахнулся.

— Англичане, ирландцы — для меня вы все одинаковы. Я уже наслышан об этом мистере О’Маре. Он был замешан в одном скандале в казино, насколько мне помнится. И он очень не прочь подзаработать. Но не тревожьтесь, я отряжу за ним в погоню своих людей, его привезут, и мы узнаем всю правду.