Книга Инициация, страница 20 – Оратор

— Почему у Лады Петровны такой печальный взгляд? Парировал вопросом вопрос парень.

— Не хочешь отвечать, так и скажи. Ответил старик, чутка надавив на него аурой Багадора, ну, естественно, не сильно, чем-то по уровню воздействия можно сравнить с воспитательным подзатыльником. Она боится, что мой сын, её муж, и вот его отец. Улыбаясь, сказал мужчина, указав на Чингиза. Джучи не вернётся, он пошёл в красную второго ранга, хочет прорваться до воеводы в тридцать четыре.

— А почему Вы так спокойны?

— Мой сын силён, воля его сильна, взгляд мудр, разум прагматичен. Медленно проговорил Угэдэй.

— Отец обещал, воин всегда держит слово. Гулко отозвался Чингиз своим привычно низким голосом. Больше вопросы никто не задавал, балом руководил пар смывающий всё плохое.

Зелёная зона второго ранга, поместье рода Лютояровых

— Живы, Пурпуровы дети! Ухмылялся Ярополк, сидя в центре стола под открытым небом рядом с казармой и наблюдая девятерых нукеров, которых с таким трудом отпускал в желтуху, в ранге Гридней.

— Живы. Тихо отозвался Глеб, опрокинув рюмку. Да только нарвались на какую-то страшную тварь на границе жёлтой с красной, там переход был неожиданный, ну парни тебе уже рассказывали, Борис прикрыл отход, поэтому нас девять, да. Закончил он, выпив ещё одну залпом.

— Если так сказал Борис, значит это было верным решением, к тому же я ожидал, что умрёт как минимум половина, обычно ведь во вторую жёлтую мы всей гурьбой ходили.

— Времена меняются. Загадочно и в то же время грустно улыбнулся Василий. Тут чистый мутоген из второй зоны, произнёс тот, указав на коробку стоящую рядом с казармой. По моим прикидкам тысяч на пять гривен наберётся.

— Вы там хоть каких-то зверушек оставили бедным свободным ватагам? Скажешь, что это нукеры проделали, никто не поверит.

— Гридни, Господин. Поправил его Василий.

— Ага, и то верно, теперь расклад такой: в дружине 15 гридней, 14 нукеров, 1 витязь, ну а что, звучит неплохо.

— Хватил ли этого? Уныло вопрошал Ратибор, обдумывая информацию про смерть Бориса, пусть тот и был не самым сильным войном в рукопашке, но разумом обладал холодным и чётким, как шпага, если кто и имел шансы выжить, то только он, почему-то Ратибор верил в то, что он мог спастись.

— Смотря на что. Отозвался Ярополк, по обыкновению поглаживая бороду. Напасть и подавить чёрный клан никогда в жизни, сдержать натиск может и хватит, три прорыва — это не шутки. Произнёс старец, разочарованный, что из всего костяка дружины он один не совершил третий сдвиг.

— Это верно, как мутаген сбывать будем? Вопрошал Глеб.

— Мишка Кривой. Усмехнувшись, ответил дед на очевидный для всех сидящих в комнате ответ.

— Он всё ещё не отошел от дел? Ух, чует моё сердце, судьба мужику на висельницу. Произнёс Ратибор, сильно не любивший мужика за низкие цены при оптовом сбыте, хотя прекрасно понимал всю специфику контрабандного бизнеса.

Едва разговор зашёл о деньгах, словно по велению судьбы на опушке со стороны казармы, нарисовался Владимир, от которого разило силой и плотностью духа, в глазах виднелась лишь чистая решимость, горло было полностью покрытым жёлто-красными пятнами, одним из проявлений скверны, что наследник раньше на дух не переносил.

— Да ну? Витязь. Озвучил общее удивление Глеб.