Книга Инициация, страница 17 – Оратор

— Глеб, пора. Произнёс Борис, глядя на брата.

— Фух. Сделал тот глубокий вдох, на ежедневном замере прибор показал текущий ИБР в 29.8 %, это значило, что пора прорываться, перед ним в полукруг собрался весь лагерь, только двое часовых неизменно стояли у частокола.

Перед мужчиной стоял сундук, в котором лежало пять красных сердец, пусть уже изрядно залежавшихся, Ратибор с Ярополком собирали их специально для дружинников, Глеб не сомневался, взял сердце и буквально в два укуса не оставил от него ничего, затем, начав церемониальную боевую медитацию рода Лютояровых, он слышал, что другие роды, наоборот, ограничивали энергию медитацией в позе лотоса, но этот метод был ему чужд.

— Медведь на подходе, расстояние семьсот метров, предполагаемый ранг угрозы, Гридень на уровне закалки, рост три человеческих. Отчеканил один из часовых, направив сколько мог энергии в радиационное зрение.

— Возьму на себя. Произнёс Глеб, нанося удар локтем в несуществующую голову.

— Не думай, встретим в копья, заколим в пять ударов сердца. Возразил Борис.

— Нет, брат, ты сам знаешь, прорыв сильнее, когда подкрепляется реальным боем, энергия уплотняется. Сказал он голосом, не терпящим возражений, взял в руки копьё, вошёл в нору, прокапанную рядом с частоколом со стороны севера, она была куда безопаснее, чем обычный выход. Пять выдохов, и он уже стоял с копьём в руках у частокола, медведь приближался всё ближе. Пятьдесят метров, они сканируют друг друга, медведь начинает давить покровом, пусть и с такого расстояния, довольно долго, Глеб принимает позу для броска копья, тело жёстко ломит, поскольку он остановил движение, тело резко покрывается красными пятнами, чувствительность пальцев падает. Двадцать метров, покров настиг Глеба, но его тело оставалось всё так же неподвижным, а взгляд твёрдым, в нём не было страха. Десять метров, вспышка рассекла воздух, туша рухнула как подкошенная, развернувшись на сто восемьдесят градусов, копьё проткнуло правый глаз насквозь, сила удара буквально превратила всё лицо в ошмётки, ни секунду не мешая, он вцепился ножом в плоть и вырезал кусок, проглотив и чуть не вырвав от отвращения. Сила устаканилась, ведь любила боль, плоть и сражения, теперь Глеб полноценный гридень, один из самых молодых в отряде, ему было всего тридцать семь, вырезав сердце, он пополз обратно через нору, всё-таки надо как-то окупать вложения в экспедицию, а плоть такого монстра чего-то да стоила.

— Поздравляю, брат, как утреннего волка уделал! Отчеканил Борис. Теперь осталось пятеро.

Жёлтая зона первого ранга, лагерь Хайду.

Святополк продолжал ворочаться на жестком днище палатки, тщетно пытаясь поймать рваные лоскуты сна. Даже закрыв глаза, он чувствовал, как пальцы правой руки непроизвольно сжимаются, словно всё еще ощущая тяжесть рукояти меча. Сталь словно приросла к ладони, а фоновое давление Зоны здесь, вблизи «Холма яда», было на порядок выше того, к которому он привык в родном поместье. Воздух казался густым, пропитанным тяжелыми испарениями гнилой листвы и мутагена, отчего каждый вдох давался с усилием. Любой шорох снаружи, будь то треск ломающейся ветки или шелест ночных насекомых, отзывался в его нервах резкой тревогой — инстинкты, пробужденные сердцем дракона, отказывались утихать.