Книга Операция «Пепел», страница 120 – Валерий Барабашов

— Так, уже теплее, – сказал Лис. – Дальше! Кто тебе должен был заплатить? Когда? Способ передачи денег? Ну!

— Я же сказал: я должен был положить сумку… назвать по телефону номер ячейки и шифр… Видимо, человек должен был подойти ко мне на перроне… – Совок никак не хотел называть имя Казбека – это было опасно. Но что теперь делать, что? С милицией тоже шутить нельзя. Что там, в сумке-то? А если в ней большие деньги, ограбили кого-нибудь или убили?

— Говори конкретно, Чувырлин: кто тебе поручил взять у женщины сумку, с кем ты имеешь дело, кто должен заплатить? Это один и тот же человек?

— Да. Парень один. То ли грузин, то ли армянин. Черный, короче. Казбеком его зовут. Мы с ним тут, на перроне, познакомились. Он грозненские поезда часто встречает.

— Понятно. Чеченец, а не грузин.

— Может, и чеченец. Я про национальность у него не спрашивал.

— А надо бы спрашивать. Ты хоть подумал о том, что в сумке может быть?

— Нет.

— Вот, смотри! – с этими словами Лис выдернул из-под скамейки ту самую сумку, вжикнул молнией. Под обычным дорожным барахлом (спортивный костюм, домашние тапочки, электробритва, флакон «Шипра», зонтик…) в полиэтиленовом пакете с изображением какого-то колорадского ковбоя лежали бруски взрывчатки – тротила.

— Знаешь, что это такое? – Лис внимательно и строго смотрел в лицо носильщику.

— Нет. Честное слово!

Лис объяснил, и у Совка сама тобой отпала челюсть. Вот это он влип!

— Если вот эти шашки положить рядом с детонатором в ту самую ячейку, куда ты собирался класть, и рвануть, от вашего Павелецкого мало что останется, понял? И от тебя тоже.

Чувырлин потрясенно молчал, хватал открытым ртом воздух.

— Вот гад! – сказал он с сердцем. – Куда втравил, а? И за какие-то триста долларов! Сука!

— Поможешь? – прямо, но по-прежнему строго спросил Лис. – Или ты не русский?

— Так это что… действительно наш вокзал собирались рвануть? – Совок судорожно сглотнул, со страхом теперь глядя на тротиловые шашки – их оперы намеренно держали у него перед глазами.

— Мы пока что не знаем. Надо задержать того, кто поручил тебе эту работу. Вот тогда и разберемся.

— Ладно. Я понял. Я понял, ребята! – повторил Совок, вытирая со лба пот. – Я вас сведу с этим человеком. Только вы…

— Ты делай, как вы с ним договорились, и не бойся ничего. Попал ты в эту историю случайно, это ясно, тебя использовали втемную. Делай вид, что ничего не произошло, что сумку ты нашел и несешь ее сейчас в камеру хранения. Позвони из телефона-автомата, как он тебе велел, а потом мы решим, что делать.

— Хорошо, я все сделаю, ребята. Только вы это… Казбек и не один приезжал…

— Нас тоже трое, видишь? А надо будет, мы еще парней из линейного отдела, из ФСБ, подключим, помогут. Пусть хоть десять Казбеков приезжают. Главное, чтобы он отозвался, чтобы нос высунул.

…Казбек отозвался. Когда Совок, по-прежнему прячась среди отдыхающих составов, вернулся к вокзалу и позвонил ему с ближайшего телефона, тот мгновенно и нетерпеливо отозвался:

— Ну? Взял сумку?

Шумно перевел дух, когда услышал долгожданный ответ, распорядился:

— Жди у входа в подземный переход. Я тут рядом. В командировку съездишь. Недалеко, до Ярославля. Завтра. Четыре часа туда, четыре обратно. Ну, день получается. Три куска наличными. Даже пять. Деревянными. Ты завтра – как?