Книга Предателей не прощают, страница 2 – Сергей Трифонов

— Опять врешь.

— Ну, может, и не ведро, но штук десять точно. Едем, дядька, не пожалеешь.

Самаров закурил, задумался. Грядущие выходные, если ничего не случится, и вправду ожидались свободными. Давно уже рядом нет Екатерины, ревниво относившейся к любым его отлучкам, а про рыбалку и слышать не желавшей. Семь лет, что они прожили вместе, ничего, кроме горького осадка в душе, не оставили. Ни детей, которых не желала супруга, считавшая их помехой в её фитнес-бизнесе, ни теплоты семейного уюта, ни воспоминаний о каких-нибудь счастливых моментах супружеской жизни… Ничего.

А ведь как начиналось! Он увидел её в международном аэропорту Афин во время регистрации на московский рейс. Среди многих красивых девушек и молодых женщин она выделялась сразу. Выше среднего роста, идеальное телосложение, тонкая талия, узкие бёдра, длинные стройные ноги… Короткая стрижка каштановых волос с забранным в бархатную ленточку хвостиком. На ухоженном загорелом лице маленький носик, слегка выдающийся волевой подбородок, и удивительно выразительный, необычный разрез больших карих глаз. В этом разрезе можно было обнаружить какие-то дальние персидские, тюркские или кавказские корни. Взгляд этих ни с чем не сравнимых глаз из-под густых длинных ресниц был ярким, уверенным, но, как показалось Самарову, несколько отрешённым. Светлые джинсы, голубая футболка навыпуск, красивые загорелые руки. Её можно было вполне принять и за художественную гимнастку, и за возвращавшуюся с европейских заработков элитную топ-модель.

В свои двадцать восемь он тоже был парнем не худого десятка. Высокий, стройный, с накаченной мускулатурой. Коротко стриженные густые русые волосы, красивый высокий лоб, голубые глаза, интеллигентное лицо… Такие, как он, не просто нравились женщинам, многие его обожали.

У стойки регистрации, когда нужно было поставить чемодан на весы, Виктор спросил:

— Позвольте, леди, помочь вам? – и взялся за ручку чемодана.

Она бросила на него строгий и оценивающий взгляд, вытянула губы трубочкой, но, подумав секунду, ответила дружелюбно:

— Будьте любезны, сударь.

Потом они в ожидании посадки сидели в кафе, пили кофе, оживлённо болтали о Москве, Греции, кулинарных достоинствах и недостатках греческой кухни, о необязательности греческого сервиса, о фитнесе…

Екатерина, бывшая на четыре года младше Виктора, окончила Российский государственный университет физкультуры, спорта, молодёжи и туризма (РГУФКСМиТ), профессионально занималась фитнесом, планировала с помощью отца, известного и успешного спортивного бизнесмена, открыть в Москве сеть фитнес-салонов. Она и в Грецию ездила изучать практику работы таких салонов и методику тренерской работы.

Одним словом, наш Самаров влюбился. После недолгих ухаживаний они поженились, и Екатерина переехала из большого родительского дома на Рублёвке в его двухкомнатную квартиру на Дмитровском шоссе. Квартира, доставшаяся Виктору от бабушки, была большой, светлой, в хорошем доме. Но вскоре молодая супруга захандрила. Квартира маленькая, район непрестижный, машину (у неё была «Тойота Карина») парковать негде.

Она никогда ничего не готовила дома, Виктор сам покупал продукты на завтрак и ужин, к которым она не притрагивалась, боясь потерять форму. Затем начались обиды на его задержки с работы, длительные командировки. Она недоумевала по поводу его низкой зарплаты, требовала сменить работу. Она не знала, где он трудится, и была уверена, что муж работал каким-то мелким чиновником в одном из министерств. Тесть делал привлекательные предложения, стремясь интегрировать зятя, окончившего экономический факультет МГУ, в свой бизнес. Виктор отказывался.