Книга Операция «Сентябрь», страница 78 – Сергей Трифонов

— Мы же про Марюса забыли! Глядите: Бык на допросе показал, что Крюк велел идти на хутор Аисту. Он с подручными должен был расправиться с семьёй Баркявичюсов. Но Аист сам не пошёл, перепоручил карательную акцию Повиласу Буткису.

— Это тот, которого я завалил на хуторе? — спросил Буторин.

— Ага, он самый, — продолжала Бируте. — А теперь давайте порассуждаем. Аист знал, что Баркявичюс в сорок четвёртом спас раненого Крюка, прятал его на хуторе. Но не знал, что мы устроили засаду и прихлопнули Буткиса с его бандитами. Мог Аист постараться скрыться на, как ему казалось, сожжённом хуторе? Там ведь, в его представлении, и продукты могли сохраниться.

— Мог! — уверенно заявил Буторин. — Факт, что он там.

— Не гони, — урезонил лейтенанта Стойко, — вовсе не факт.

Веригин качнул головой, поддержав Стойко, и сказал:

— Нам известно, Аист — самый преданный Обуху человек. Аист знал о боестолкновении в Грибушкай и об аресте Обуха. Вполне вероятно, Аист скрывается в Вильнюсе и готовит акцию по освобождению Обуха.

Урбанавичюс заметил:

— Вряд ли. Но чем чёрт в лице этого Аиста не шутит? Проработаем и эту версию.

— Но ведь Аист не знал и другое, — вступил в разговор Заманов. — Он не мог знать, что заброшенный хутор на берегу Вилии, определённый Крюком местом сбора после разгрома складов, нами взят под контроль. Вполне возможно, что он туда и подался.

— Возможно и это, — согласился Урбанавичюс. — По нашим данным, у Жингалиса-Аиста родных в Литве не осталось, не к кому ему бежать. Таким образом, вырисовываются три версии: хутор Баркявичюсов, заброшенный хутор и Вильнюс. Все согласны?

Офицеры дружно кивнули.

— Вильнюс беру на себя, — продолжил Урбанавичюс. — Усилим охрану следственного изолятора. Лейтенанты Каулакис и Соколауските займутся выявлением возможных связей Аиста в городе. Вам, Тимофей Иванович, — Урбанавичюс обратился к Веригину, — надо бы ещё раз допросить Крюка и Обуха об их вильнюсской агентуре. Мало ли о ком они забыли нам поведать. Ведь явно забыли. А вот Аист, может быть, не забыл.

Урбанавичюс, вспомнив, что никто не успел позавтракать, попросил дежурного сварить кофе и сделать бутерброды.

— Витас Эдуардович, — спросил Стойко, — может, я с ребятами на заброшенный хутор сгоняю, засаду там оставлю?

— Давайте, — согласился Урбанавичюс. — Будьте постоянно на связи.

Он закурил, отхлебнул из маленькой глиняной чашечки горячий кофе.

— Ну, а вы, братцы, — капитан оглядел молодых офицеров, — по старой памяти отправляйтесь на хутор Баркявичюса. Что-то мне подсказывает, туда отправился Аист. А где, кстати, Марюс?

— Он сейчас в райотделе милиции, — сказал Иваньков, — Конституцию изучает, другие документы. Ему скоро в Каунас ехать, в школу милиции.

— Это меняет дело. Марюса не трогать. Управитесь сами.

В ту ночь Аист вместе с семерыми бандитами, как велел Крюк, ехал в последнем, четвёртом «студебеккере». Он был спокоен. Всё вроде бы складывалось нормально. Буткис должен был сжечь хутор Баркявичюса и удавить этого щенка Марюса, а потом со своими группами с тылу зайти к складам. На Буткиса Аист вполне полагался. Тот всё сделает, как надо. Недаром выучку прошёл у Обуха в полицейском батальоне. Крюк тоже всё подготовил в лучшем виде. И это даже хорошо, что он запретил вывозить барахло со складов. Куда его деть? Был бы с ними Обух, тот бы пристроил в лучшем виде, с наваром. А так… Надо сжигать — и ни о чём не думать.