Книга Кровь и золото погон, страница 136 – Сергей Трифонов

— Здравия желаю, Абрам Исаакович, — весело пророкотал Григорьев, пригладил аккуратно стриженные рыжеватые усы и первым протянул руку для пожатия, — чего не спим?

— Садись, Андрей Степанович, — Мильнер, подавив эмоции, старался нащупать деловой, но менее формальный тон, — омрачили гады нам с тобой жизнь. Вот, полюбуйся.

Перед Григорьевым легли бумаги, полученные от Мессинга. Быстро прочитав их, он с досадой почесал коротко стриженный затылок, полез в карман за табаком. Мильнер придвинул красную коробку дореволюционных папирос «Гусарскiя» (по 5 копеек за штуку). Закурили.

— Где взял? — спросил Григорьев, повертев в руках коробку.

— У нэпмана купил. А где они их берут, один чёрт знает. Ты ведь завтра гарнизонное учение планировал провести? Отмени, будем с тобой группировку сколачивать. А я с утра пораньше за поддержкой в губисполком, хочу собрать милицейский отряд нам в помощь.

— А кто будет встречать в Старой Руссе отряд питерских чекистов? И стоит ли им двигаться к Новгороду? Давай карту, прикинем обстановку, покрутим шариками.

Согласно информации Мессинга, банда Павловского ушла от Холма примерно 3 июля в сторону Демянска по Староосташковскому тракту. Если их целью является Демянск, то расстояние в сто вёрст они покроют за трое суток.

— Это в случае, — заметил Григорьев, — наличия хороших и свежих лошадей, и без особых привалов. Стало быть, они уже на подходе, и нам спешно следует отправить к Демянску сильный конный отряд с пулемётами.

— А кто сказал, что банда пойдёт на Демянск? — Мильнер снова закурил. Он впервые усомнился в действиях своего начальства. — Откуда такая уверенность у Мессинга? Из его информации вообще ничего не известно о намерениях банды, и возглавляет ли её в действительности Павловский. Ты сам подумай, Андрей Степанович, получив отпор в Холме и, возможно, понеся потери, какой им резон вновь атаковать уездный центр? Не дураки же они там, в конце концов! Должны же понимать, что их будут ждать, и не с самогоном и салом?

Григорьев, оторвавшись от карты, прошёлся в раздумье по кабинету. Он прекрасно понимал, в прямом боестолкновении эту банду его хлопцы разнесут в хлам. Беда в другом: у чекистов совершенно не поставлена разведка, агентуры нет никакой, крестьяне их боятся и сторонятся, не могут забыть продразвёрстку, ревкомовские и чекистские набеги на сёла и деревни, массовые аресты за сокрытие урожая. По сути губотдел ГПУ без собственной агентуры в настоящий момент был слепым и глухим советским органом. Начинать операцию следовало с разведки.

— Вот что, товарищ начальник губотдела, — Григорьев говорил без иронии, Мильнер это оценил и весь напрягся, — во-первых, подобьём, какой действительной информацией мы владеем. Получается, совсем крохотной. В конной банде десятка два офицеров, а значит — это профессионалы, прошедшие огонь и воду, понимающие значение разведки и боевого охранения. Стало быть, наскоком их не возьмёшь. Значит, что нам следует предпринять в первую очередь? Правильно, направить конные разведгруппы по всем дорогам, в том числе лесным, в сторону Демянска и установить с городком надёжную телефонно-телеграфную связь.

Пока Григорьев собирался с мыслями, Мильнер приказал дежурному соорудить чаю, вызвать командиров взводов отряда ЧОН и собрать к четырём утра весь оперативный состав губотдела ГПУ. У них с Григорьевым оставалось ещё два часа.