Книга Последнее слово шамана, страница 70 – Иван Цуприков

Нервы у Михаила тогда были расшатаны до такой степени, что и медведя, стоявшего на пригорке, он сразу и не приметил. Хотя нет, может, и приметил, только мозг думал о чем-то другом.

Снова глянул на бугор, где только что что-то ему привиделось, никого нет, одна трава с пятью-шестью торчащими из земли черными стволами высохших небольших сосен… На спуске к реке Ух снова что-то мелькнуло справа. Темное и большое. Остановился и стал всматриваться, перебирая глазами каждый сантиметр…

Нет, то огромное бревно с вывороченным из земли корнем. Здесь он бывал в прошлом году и по дереву шириною не менее чем с полметра перебирался через речку. Направился к тому дереву, и насколько он удивился, когда увидел это дерево разломанным прямо посередине, словно ударенное сверху чем-то тяжелым. А ведь то дерево было крепким, не гнилым, даже кора местами еще не сошла с его ствола – и, на тебе, обломано. Может, кто-то здесь зимой пробирался на «Кировце» и обломал его? Но следа от колес нет. Бывает же.

Пошел дальше, в сторону гнилого леса, там есть сужение реки, и можно через нее перепрыгнуть. И мох в этих местах зеленый, ноги в нем проваливаются глубоко, как в воде. И мокрые сапоги говорят о том, что здесь подземная вода высоко стоит, почти на поверхности и шлепает.

Первое, на что обратил внимание – это след. Огромный, ступня, как у медведя, да тяжелого, мох раздавлен так, что из него выдавлены все соки, поэтому и подняться не может. Сделал по мху еще шагов десять, и какая-то внутренняя сила, не донесшая еще до осознания Михаила, как опасен для него тот, кто оставил этот след, подставила ему подножку.

Не удержался на ногах, зацепил носком одной ноги за пятку другой и завалился на живот, так и не успев откинуть от себя ружье, которое сжимал в обеих руках. Сплюнув, посмотрел назад, оказывается, подножку ему сделал канат, нет, железный толстый трос, натянутый, как струна. Прошелся по нему взглядом, ища его конец. Остановился у корня дерева, старой сосны, которая, создавалось такое впечатление, как будто прыгает. Да, да, как человек на одной ноге. Посмотрел вверх, на ее крону, чуть язык не прикусил с испугу. Над ним в метрах трех вверх тормашками висело какое-то непонятное огромное животное, то ли медведь, то ли человек, весь обросший шерстью.

Ёклмн. Как он тогда оказался на дороге, так и не понял, как и то, что он бежал через лес со скоростью сильнейшего спринтера.

— Стой! – сбил Михаила с размышлений остановившийся Виктор. – Смотри. – И показал на вывернутый из земли с корнем кустарник ольхи. – Он услышал нас. – Разомкнув и сомкнув стволы, Муравьев стал осматривать покрытое туманом болото. – Как ты думаешь, пойдет за нами косолапый? – посмотрел он на Михаила.

3

Теперь за Виктором было невозможно идти, он постоянно оборачивался, опасно водил стволами, направляя их то в живот Михаилу, то в голову. Но создавалось такое впечатление, что младшего товарища он не видел. Скорее всего, он сейчас был рабом слуха, звуковых волн, которые насквозь проходили и через Степнова, и если бы появился за Михаилом сейчас медведь, то Виктор бы, наверное, выстрелил в него из своего ружья сквозь него. Но он знал, что все это – глупые выдумки, и Виктор видел и Михаила и имел не только прекрасный слух, а и зоркий глаз, и свежую голову.