Онлайн книга «Операция «Шайтан»»
|
Фарид говорил, что Файзулла был жестким человеком. Единственное, что облегчало положение Фёдора, что двойник разговаривал со всеми только на русском языке и заставлял говорить на нем всех. И еще одна поправка: любимые выражения Файзуллы – «финиш», «бляха» – он говорил очень коротко, никогда ничего не объясняя. И всегда начинал разговор с глагола: «иди…», «дай…». Это необходимо помнить, как и то, что нужно тереть пальцами левый глаз, когда волнуешься. Фёдор боковым зрением отметил, что с него не сводит глаз Усман. Трудно было определить возраст этого человека. Даже по его седой козлиной бородке и усам не скажешь, что ему больше сорока. Поседеть он мог и в молодости, увидев что-нибудь страшное. А на войне страшного хватает с избытком. Что играло не в пользу его возраста – это активность. Все движения быстрые, готов в любую секунду сделать «бросок кобры». Хотя и с такими людьми Фёдору приходилось встречаться по жизни. Следующее, что отметил он, – Усман старался ни с кем не разговаривать, держался от всех отдельно. Даже, несмотря на жару, ходил в чалме из коричневой ткани, а это говорит о том, что он здешний, афганец или иранец, может, пакистанец или даже узбек-таджик… «Да хоть кто, все равно он мой враг!» «Да, Усман, – вглядываясь вдаль, думал Фёдор, – ты первый, кто почувствовал неладное со мною после ранения. И поэтому начинать нужно именно с тебя. Фарид говорил, что ты в отряде роль смотрящего выполняешь, и ввели тебя в отряд в Панджшере, а не в пакистанском лагере. Интересно, чей же ты человек?.. Масуда, Хана или Башира, а может, и…» – Фёдор принялся растирать пальцами левый глаз. Левый?.. Да, левый. Указательным и средним пальцами?.. Да, значит запомнил! «…Похоже, много у них здесь партий. Жаль, что Файзулла был некурящим человеком. А так тянет закурить!.. – сглотнув слюну, Фёдор посмотрел в сторону Айвана. – И, дай бог, чтобы то, что говорил Файзулла, совпало. Ты, Усман, две ночи пропадаешь где-то, а я делаю вид, что об этом не знаю. И поэтому мне ничего не оставалось, как согласиться сегодня с тобою выйти поохотиться на этой дороге. Скорее всего, это проверка. Знают, что у наших интереса к этому месту нет, он может быть только у Царандоя и правительственных войск. Это все же их страна, плюс – это место близко от Кабула, а держать у столицы душманские банды опасно. Это точно!..» * * * Отара овец, появившаяся справа от перевала, заинтересовала только Матаса. Приникнув к прицелу, он рассматривал двух пастухов, идущих по камням с длинными палками. Они были не вооружены. — Бляха! – стукнул рукой по камню Фёдор. – Не стрелять! Матас снял палец со спуска и продолжал наблюдать за приближающейся отарой. Пастухи шли по разным сторонам дороги, о чем-то переговариваясь между собой. Фёдор почувствовал холодок под сердцем. Замер. Неужели что-то сейчас должно произойти? Такое предчувствие приходило к нему уже не раз – и еще не подводило. Неужели Матас не удержится и стрельнет? И как ты, Файзулла, поступишь после этого?.. Морду набьёшь человеку? Накажешь и пошлешь его на гауптвахту? Или вгонишь пару пуль рядом с его ногой?.. А что? Последнее, пожалуй, самое подходящее!.. Фёдор глянул на Матаса. Тот, улыбаясь, продолжал следить за отарой и что-то шептал своему соседу Айвану, который также припал к прицелу своей винтовки и всматривался, только куда-то повыше. Что же его заинтересовало?.. Фёдор повел взглядом в ту же сторону, куда был направлен ствол винтовки Айвана. Напротив, в кустарнике, росшем на каменной глыбе и находившемся примерно на одной высоте с группой Фёдора, что-то блеснуло. Показалось или нет?.. |