Книга Сердце стаи, страница 78 – Мариана Запата

Снов я не видела. Мне много лет ничего не снилось. Так давно, что я забыла подробности тех снов. Но не то, как они заставляли меня чувствовать, или то, как звучал голос, разговаривавший со мной в каждом из них, осталось в памяти. В них не было смысла, и проблема состояла в том, что никто, с кем я обсуждала это, по-настоящему не верил мне, когда я говорила, что вообще не вижу снов. Все считали, что я просто не могла их вспомнить.

Но дело было не в этом.

Что бы ни произошло ночью, я проснулась раньше обычного, не в силах стряхнуть с себя воображаемую паутину, от которой чувствовала себя странно. Отбросив попытки снова заснуть, я попыталась составить список всех тех мелочей, с которыми мне нужно было разобраться как можно скорее, пока Данкан храпел, как бензопила, рядом со мной. Потом я снова приняла душ, хотя делала это вчера ночью после того, как мы вернулись с прогулки. Я взяла мыло без аромата, которым всегда пользовалась, поскольку уже привыкла большую часть жизни ограничивать запахи рядом с чувствительными носами.

Затем мы сходили справить нужду и наконец отправились искать этих двоих, только обнаружили их на смертном одре.

Сиенна тяжело вздыхала со своего места под одеялом рядом с Мэтти, который накрыл глаза руками и издавал те же звуки.

— У нас обоих понос. У тебя нет? – простонала она.

— Нет, но я же говорила вам не покупать те хот-доги на заправке, верно? И разве не вы мне говорили: «Нас никогда не тошнит, Нина. У меня железный желудок», – припомнила я ей тоном, которым заработала себе два средних пальца. Я рассмеялась и прислонилась к дверному косяку. – Вы, народ, заправочные нубы. Никогда нельзя брать там хот-доги и начос, – напомнила я им ровно теми же словами, которые говорила тогда.

— Заткнись, Нина, – проворчал Мэтти, приподняв руку лишь настолько, чтобы глянуть на меня тусклым глазом. – У меня такое чувство, будто моя задница родила двух пятикилограммовых младенцев.

Я захохотала, и даже Сиенна фыркнула, а потом застонала.

— Не надо, – выдавила она в перерыве между своими болезненными звуками.

— Да, Мэтти, не смеши ее. Ей нельзя обделаться в чужой постели. Я тут пытаюсь произвести хорошее впечатление.

Он простонал в то время, как Сиенна подняла с пола декоративную подушку и попыталась кинуть ею в меня. Она упала на пол между кроватью и дверью в спальню. Они действительно были больны, раз так ослабли.

— Мне принести вам что-нибудь? – спросила я, решив быть доброй.

Их ответы последовали в виде стонов, которые я приняла за «нет». Судя по стаканам с водой на тумбочках, я поняла, что от обезвоживания они не умрут. Пожалуй, мне стоило принести им соли из автофургона для восстановления баланса электролитов.

Я превращаюсь в мамочку, осознала я вдруг.

Я бросила взгляд на спокойного щенка, сидевшего у моей правой ноги, и улыбнулась. Он размахивал хвостом, пламя на котором было маленьким и темно-синим. Он так хорошо спал, что разок даже перевернулся на спину посреди ночи.

— Ладно, мы пойдем поищем завтрак. Генри сказал быть там в…

Они не слушали. А может, не расслышали меня из-за своих стенаний.

— Я взяла мобильник. Сообщите, если что-то понадобится, хорошо? Зад Сиенны я буду подтирать, а вот твой, Мэтти, не стану, пока тебе не стукнет как минимум семьдесят, – предупредила я их перед тем, как спиной выйти из комнаты, когда еще одна декоративная подушка пролетела по воздуху. – Люблю вас, народ, – выкрикнула я и, заперев за собой дверь их комнаты, встретилась взглядом со своим Пончиком. – Что ж, Данки, мне не хотелось, чтобы мы спускались вниз одни, но у нас нет иного выбора. Пожалуй, пора привыкать. По крайней мере, мы есть друг у друга.