Книга Сердце стаи, страница 69 – Мариана Запата

Как он стал таким здоровым? Я не назвала бы его громадиной, но он был весьма близок к этому. Широкая шея, широкая грудь. Бицепсы? Большие. Бедра? Большие. Он был…

Гордость не позволила моему горлу сжаться и громко сглотнуть.

Одних женщин привлекали кубики пресса, которые были результатом строгих диет и трехчасовых занятий в тренажерном зале.

Меня же всегда привлекал крепкий мускулистый типаж. В моем воображении чем больше тела я могла обхватить, тем лучше. Чем шире бедра, тем лучше награда – и это не то, на чем мне нужно было фокусироваться.

Если б мне захотелось попялиться на здорового сильного парня, я могла бы посмотреть матч по американскому футболу. Или матч по регби. А не на мужчину, которого я раньше называла Пушком и который, кажется, был не особо рад моему присутствию здесь, даже если обладал именно тем телосложением, которое привлекло бы мое внимание в толпе людей.

— Ты поранилась?

Я знала, что он мог меня видеть, поэтому покачала головой.

— Единственное, что сейчас болит, это мое самолюбие, раз ты видел, как я шлепнулась на задницу, – слова «помогите, я умираю» вырывались из моего рта только потому, что мне нравилось внимание Данкана, когда он целиком забрался на меня, чтобы убедиться в том, что со мной все в порядке… и потому что чертовски щипало.

— Может, не стоит бегать по лесу в темноте, Сверчок, – предположил он, теперь еще ближе.

И вот мы снова вернулись к «Сверчку», да?

Неужели это была шутка?

Я прыснула от смеха, не зная, как и относиться к этому «горячо-холодно», происходившему между нами. Происходившему у него. Я предложила обняться. Предложила ему обнюхать меня. Я попыталась. Сейчас он, конечно же, дразнил меня, но всего несколько часов назад подставил меня под удар.

Мне нужно поговорить с ним об этом. И чем скорее, тем лучше.

— Я прекрасно вижу в темноте, – сообщила я ему, ведь делать из этого тайну не было смысла. – Я наступила на шнурок, сама виновата.

Генри продолжал подходить, не комментируя мое объяснение. Зато мужчина рядом с ним внезапно издал резкий звук. Он остановился, и я увидела, как он сделал глубокий вдох.

После встречи со старейшинами Генри так и не вернул мне браслет.

Я коснулась места на запястье, где обычно были бусины, тоскуя по их весу. Тоскуя по тому, что они значили. Прошло почти два десятка лет с тех пор, как я начала носить его не снимая.

Генри почему-то резко посмотрел на мужчину, отчего его брови поползли вниз.

— Вы оба можете идти домой. Поищем снова с утра.

Небольшой отряд зашептался, и, когда беседа закончилась, мужчина и женщина изменили направление. Они отправились к домам за главным зданием. Из окон столь многих из них все еще лился свет, отчего все место выглядело еще более сказочным, чем днем. Оно напоминало мне вид с открытки. Лунный свет, лес, дома… Не хватало только снега, покрывающего землю. Я была готова поклясться, что зимой пейзаж здесь вообще нереальный.

Я понадеялась, что мы пробудем здесь достаточно долго, чтобы выяснить это лично.

В отличие от двух незнакомцев, Генри все еще шел к нам и остановился в паре шагов, так близко, что его янтарные глаза сверкнули, когда он присел.

Он не выглядел особо счастливым. Да он вообще никак не выглядел, если быть честной. Я пахла иначе, но все еще оставалась тем же самым человеком, только крупнее и большую часть времени чуть взрослее.