Книга Сердце стаи, страница 30 – Мариана Запата

И уж точно не мне объяснять ему про то, как папина пися входит в мамину писю. Уж лучше выброситься из пикапа.

— Но Данкан – мой детеныш. Я забочусь о нем, он заботится обо мне, и я люблю его, – сказала я им, пока они не успели придраться к моему объяснению.

— А он тебя любит? – спросил малыш-оборотень, прозвучав одновременно невинно и довольно осуждающе.

Я посмотрела на Данкана, который все еще не спускал с меня глаз, и улыбнулась.

— Любит. – Я не сомневалась в этом ни секунды.

— Моя тетя говорит, что мамы и папы – это хорошо, но другие люди ничуть не хуже, – вмешался мой друг Шайло, мудрый не по годам.

— Твоя тетя – гений. Это не имеет значения, если тебя любят. – Я на миг замолчала и задумалась. – Вы не хотите позвонить родителям?

Я еще никогда не видела, чтобы кто-то так быстро менялся в лице: вот с детьми все в порядке, а в следующий миг все выглядят так, будто их сейчас стошнит.

Агнес тут же решила снова зарычать, и Шайло пришлось поругать ее, а это привело к тому, что все трое стали спорить о чем-то своем. О том, что у них будут неприятности? Что они попались? Мальчики перекрикивали друг друга, отчего было трудно понять, что каждый из них пытался сказать, пока белый волчонок выражал свои собственные мысли глухим рычанием, отчего мне хотелось захихикать, настолько милыми они все были.

Похоже, никто не хотел звонить родителям. Если бы мы не были рядом с ранчо, я настояла бы, но…

Тогда я сосредоточилась на Данкане и поблагодарила вселенную за то, что он почти не разговаривал. Его красные глаза были ясными и внимательными. Я уже несколько раз говорила ему, что мы делали и куда ехали, и мое чутье подсказывало, что он все понял, но я понизила голос и погладила его по спине:

— Ты же помнишь, куда мы едем? Я все время буду рядом с тобой. Ничего не случится. Это место вкусно пахнет, и я думаю, тебе здесь понравится. Если нет, то ничего страшного. Ты только скажи мне, хорошо?

Его «да» было подобно прикосновению к моей душе. Я была готова есть его телепатию с кукурузными чипсами, настолько она мне нравилась.

Я погладила шерсть между его головой и основанием хвоста, потом сделала то же самое, стараясь удерживать свои мысли на нем. Не думай я о том, как на самом деле могла пройти эта встреча – от которой зависело наше будущее, – мое тело могло не реагировать на соответствующее волнение, и выдающиеся носы в пикапе никогда не заметили бы, как я накрутила себя.

Что бы ни произошло, с нами все будет в порядке. Мы с Данканом найдем выход. Мэтти говорил что-то там про Аляску, так?

Пикап стал замедляться, вернув меня в настоящее, и Мэтти резко вывернул руль влево. В окно заднего сиденья были видны лишь огромные деревья и ограда, выше той, через которую мы перелезали. Отличие состояло еще и в том, что теперь перед нами располагались внушительные железные ворота. На них висело множество знаков, гласивших: ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ, ПОСТОРОННИМ ПРОХОД ВОСПРЕЩЕН, ПОПРОШАЙНИЧЕСТВО ЗАПРЕЩЕНО, БРАКОНЬЕРСТВО ЗАПРЕЩЕНО, ВЫ БУДЕТЕ НАКАЗАНЫ ПО ВСЕЙ СТРОГОСТИ ЗАКОНА и ВЕДЕТСЯ ВИДЕОНАБЛЮДЕНИЕ.

У них все по-серьезному. Хорошо.

Мы остановились, и окно с водительской стороны опустилось. Слева от него находилось что-то вроде переговорного устройства. Высунувшись из окна, Мэтти нажал на кнопку на панели. Она пискнула.