Книга Сердце стаи, страница 289 – Мариана Запата

Я до чертиков напугала саму себя.

Когда те люди пытались навредить мне, чтобы забрать Данкана, меня охватил страх, но в глубине души я знала, что со мной все будет в порядке. Я могла контролировать не только свою, но и их судьбы. Это дарило ощущение безопасности.

Но в реке? Никакая моя магия не смогла бы спасти меня или их от реки. Я прекрасно знала, чем рисковала.

Всем.

И я была готова снова поступить так же, если бы пришлось, но, пожалуйста, не надо.

Когда мы подъехали к клубу, никто нас не встретил. Мои ноги дрожали. Я вылезла и снова надела свои сырые ботинки, пока Генри помогал босому Паскалю, а потом вынес его. На его лице возникла обеспокоенность, когда его взгляд остановился на мне, стоявшей в двух крошечных одеялах, прикрывавших меня не больше, чем какое-нибудь бикини. Агнес держала в руках мою одежду, а Данкан прижался к нижней части моей голой ноги, как будто охраняя меня.

Генри вскинул голову к небу, и его кадык резко подскочил в горле. Всего раз. У него было красивое горло.

Сжав губы так сильно, что я увидела белую полоску между ними, он пронзил меня своим взглядом.

— Я отнесу тебя в твою комнату, – произнес Генри совершенно серьезным тоном.

Я сложила руки на груди, стараясь не дать новой волне дрожи прокатиться по моей спине. Я отрицательно покачала головой.

— Тебе нужно сперва разобраться с ними, Пушок. – Хотя его предложение прозвучало так приятно, и в другой вселенной я с удовольствием согласилась бы. Было бы так здорово, если бы он обнял меня… но мышонок-оборотень был черт-те в каком виде; Шайло выглядел так, будто в любую секунду мог расплакаться снова, а Агнес… она тяжело дышала рядом со мной. Я не знала, с чем это связано, но разобралась бы с этим, если бы не стояла в одном белье. – Хочешь, я побуду рядом? – предложила я мужчине, который, как мне хотелось верить, все еще оставался моим другом.

Он опять сделал тот хмурдитый – полухмурый-полусердитый – вид, хотя только что глядел на двух мальчишек, которых вот-вот должны были запереть дома до конца их жизни. Один из них прилип к его ногам, как клей, а второй уже обхватил его за шею, будто был намного младше, чем на самом деле.

Мы оба знали, что я права.

И все же он помедлил. Даже с такого расстояния я видела, как его челюсти сжимались и разжимались.

— Нина… – Его голос был подобен смятому бархату, а выражение его лица таким измученным, таким искренним… Я не знала, как описать его. Это не могло быть страданием.

Или могло?

Пронзительный звонок его сотового телефона прервал нас, как и всегда, в самый неподходящий момент, и Генри, скорчив гримасу, посмотрел на свое бедро, после чего свободной рукой достал из кармана телефон. То, что он увидел на экране, заставило его закрыть глаза и вздохнуть. Когда он снова поднял голову, его лоб оказался нахмурен.

Генри-убийца в процессе реактивации.

И моей задачей было заставить его отступить назад.

— Все нормально, Пушок. – Мне хотелось, чтобы он почувствовал себя лучше, стоя там, раздираемый разными чувствами. – Я смогу добраться до своей комнаты.

Мои слова не помогли.

Однако он поднял подбородок, его рот превратился в прямую резкую линию на лице, которая говорила, что Генри-убийца все еще где-то неподалеку в его теле, но он старался изо всех сил, чтобы побороть его и не дать вырваться наружу.