Книга Сердце стаи, страница 205 – Мариана Запата

Повторять не требовалось: я сделала шаг к нему. Прямо к живой стене, которой был Генри Блэкрок. Прямо в его объятия, прижавшись к нему и позволив обхватить мою спину своими руками, пока я вцепилась в его ребра, как чертова пиявка. Как и пиявке, мне было ничуть не стыдно за то, что я так прижалась к нему.

— Ты в безопасности, – пророкотал он в мою макушку и каким-то образом притянул меня к себе еще сильнее, отчего его грудь и моя слились.

— Хорошо, – пробормотала я, прижавшись щекой к его коже и волосам на груди.

Он был таким теплым и пах так хорошо. Лучше, чем когда был в одежде. Как свежая прохлада, которая не могла быть результатом мыла или одеколона, ведь я не знала ни одного оборотня, который по своей воле использовал бы какие-то ароматы, поскольку у них были очень чувствительные носы.

Рука поднялась по моей спине.

— Что именно ты услышала?

Я была готова поклясться, что его голос зазвучал ниже.

— Он сказал: «дитя». Он спросил… есть ли здесь… кто-нибудь. – Мне не хотелось говорить, что его вопрос был обращен как будто ко мне. Это было нелепо. Так ведь? В конце концов, он ведь тоже его слышал.

— Ты услышала «дитя»?

Я кивнула, мои руки скользнули ниже и остановились на его талии, прямо над тканью на его бедрах. Это был мягкий хлопок. И тонкий.

Его сердце билось под моей щекой.

— И все?

Я снова кивнула, стараясь как можно незаметнее понюхать его. Как ему удавалось оставаться таким теплым и уютным без одежды? Я гадала, следя за тем, чтобы мои руки обхватывали его за пояс свободно и легко, хотя часть моего мозга была готова просто… облепить его всего, как одеяло.

— Ты когда-нибудь слышала этот голос? – спросил он, без труда сохраняя ясность ума, в отличие от меня.

— Не думаю. – Это… это, возможно, было ложью. Память об этом голосе уже покидала меня. – Может быть? Помнишь, я рассказывала тебе о голосе, который являлся мне во «сне»? Возможно, это был тот же самый голос, но я не уверена. Прошло уже очень много времени с тех пор, как я в последний раз слышала его во сне.

Ладонь на моей спине остановилась прямо посередине, и его пальцы застыли на моем позвоночнике. Мне стало интересно, заметил ли он, что на мне нет бюстгальтера, потому что я точно могла сказать, что на нем не было трусов. Как и я, он выбежал сюда полураздетым. Я привыкла к жизни рядом с эксгибиционисткой Сиенной. Я была почти уверена, что после Мэтти и ее мамы я была, пожалуй, третьим человеком, который чаще всех видел зад Сиенны.

А теперь я думала о ягодицах Генри. Были ли он высокими и подтянутыми или же более сочными снизу? Были ли они того же цвета, как и остальное его тело, или же он ходил достаточно часто без рубашки, поэтому в том месте, где штаны встречались с футболкой, образовалась милая линия загара?

Прекрати, Нина.

— Это все, что ты услышала? – уточнил Генри, не подозревая о том, как я размечталась о его заднице, изо всех сил стараясь делать вид, будто его полустоячий член был обычным делом.

— Да, только «дитя» и «ты здесь?» Все.

Меня вдруг посетила мысль, которая оказалась такой сильной, что заставила меня перестать думать о том, что прижималось к моему животу.

Это мог быть отец Данкана?

От этого варианта у меня чуть ноги не подкосились.

— Ты чуешь кого-нибудь в воздухе? – спросила я у Генри вместо того, чтобы поделиться своим предположением. – Кого-нибудь рядом, кого здесь не должно быть? Я не увидела и не почувствовала ничего необычного. А деревья пальцами не показывают.