Книга Сердце стаи, страница 184 – Мариана Запата

— Тебе что-то нужно? – поинтересовался Генри добрым тоном.

Агнес, одетая в сиреневую пижаму с плюшевыми мишками, на цыпочках подошла.

— Я искала тебя, – ответила она тихим голосом, совсем не похожая на того подозрительного ребенка, который пытался укусить всех, кому не доверял.

— Сэра знает, где ты? – уточнил он.

Она быстро поглядела на нас, после чего снова опустила глаза к полу.

— Я сказала ей, что пошла на кухню.

— Мы уже говорили с тобой о твоих побегах от них, – пожурил он ее, уже вытаскивая телефон свободной рукой.

Не той, которая все еще касалась моей.

— Прости, – сказала она, судя по голосу, не чувствуя раскаяния… лишь сомнение.

— Ты не влипла в неприятности, Жучок, но так делать нельзя. Мы беспокоимся, когда не знаем, где ты по ночам. – Генри разблокировал экран и открыл мессенджер.

Я знала это, поскольку смотрела в его телефон.

Я откашлялась и перевела свой взгляд на девочку, пока меня не застукали.

— Мини-волк, ты хочешь посидеть с нами?

Я похлопала ладонью по свободному месту справа, стараясь не улыбаться.

— Здесь как раз есть идеальное местечко размером с Агнес. – В фильме была кровь и перестрелки, но в детском саду я случайно слышала, как дети младше нее обсуждали видеоигры, в которые они играли, и те были отнюдь не для детей.

— Да, – согласился мой Пончик, по-прежнему размахивая хвостом при виде своей подруги.

— Данкан говорит, что тебе стоит остаться, – перевела я.

Взрослый стал бы набивать себе цену. Ребенок же, каковым она и была, не стал. Она сразу же кивнула и прошла к той стороне кровати, где находился Данкан. Агнес погладила его, поцеловала между его невероятных ушей и осторожно, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, забралась на место, на которое я ей указала. Я поставила тарелку с яблоками между нами, поскольку знала, что она была единственной, кому не особо нравилась вяленая говядина.

По крайней мере, вяленная мной.

Я сделала вид, будто не заметила, как уже через секунду она украдкой потянулась за фруктами, и сложила руки на коленях.

И тут я чуть не вздрогнула, когда моей щеки коснулся палец. Я повернула голову и посмотрела на мужчину рядом, стараясь изо всех сил не выглядеть шокированной его прикосновением. Пожалуйста, тело, не делай ничего позорного.

Генри тоже не помогал.

Его большой палец скользнул по моей челюсти.

— Спасибо, – произнес он одними губами, коснувшись мочки моего уха своим шершавым пальцем.

Я не смела даже дышать.

А еще я была сверхпризнательна за то, что он наклонился и прижался губами к моему виску на целую долю секунды, после чего отодвинулся обратно.

Мне не хотелось и знать, как выглядело мое лицо в тот момент.

Пока моя голова кружилась от того, что его рот коснулся моего лица, он произнес очень тихим голосом:

— После выпуска из школы и того года, когда я жил в Нью-Мексико, я переехал в Монтроуз, чтобы получить степень бакалавра, потом проработал там два года в полиции, а после умерла мама Мэтти. – Он ненадолго замолчал, и тишина казалась такой оглушительной, пока его кадык двигался вверх и вниз. – Я не знал, что делать, поэтому забрал Мэтти, и мы поселились здесь. Я нашел работу от округа, наконец вступил в свои обязанности и с тех пор живу тут.

Он наконец-то ответил на мой вопрос, который я задала в машине по пути из закусочной. Ух ты. Ух ты. Ух ты.