Книга Сердце стаи, страница 126 – Мариана Запата

Я едва расслышала, как он произнес:

— Ты не узнала ее, да?

— Она выглядит знакомой, но я не знаю почему, – прошептала я ему. Хотя я вообще-то не то что встречала так уж много человек в радиусе двухсот километров отсюда.

— У нее не так много веснушек, когда она не в облике сатира.

Мои глаза округлились.

— Вот почему она выглядит по-другому!

Генри кивнул.

Это была мама Шайло. Осознав это, я протянула «ооооо».

— Чувствую себя тупицей. – Я рассмеялась.

— Я снова забыл, – сказал он мне, постучав по своему носу. – Пахло-то от нее так же.

Я кивнула.

— Я никогда не отличалась вашим обонянием и не знала, что упускаю, но чем больше мы разговариваем, тем больше мне кажется, что немало, – в шутку ответила я.

— Оно может сделать жизнь намного проще и в то же время чертовски усложнить ее, когда ты вынужден всегда говорить только правду и разбираться с последствиями, поскольку не в силах солгать ни о чем.

— А когда другой человек лжет о чем-то, это намного неприятнее, ведь ты знаешь об этом, – согласилась я.

Когда я была совсем маленькой, помню, как долго не могла перестать лгать родителям о всяких мелочах, которые, как я считала, могли разозлить их. Я чувствовала себя дерьмом от этого и до сих пор ощущала вину за определенные вещи, которые пыталась скрыть от них, даже если они теперь уже казались мелкими и незначительными. Порой, когда мне приходилось разбираться с неприятностями, это казалось проклятьем, хотя на самом деле таковым не являлось. Проблемы возникали из-за обиды.

Генри кивнул.

— Каким бы хорошим лжецом человек ни считал себя, ему никогда не обмануть нас.

Судя по тому, как он произнес это, у Генри предостаточно опыта в подобных вещах. Пожалуй, так оно и было, если учесть, что он служил в правоохранительных органах и занимал такое положение в общине.

Опустив глаза, я прочитала меню. Они подавали три разных вида стейка: один с картофельным пюре, второй с картошкой фри и третий – с салатом на гарнир. В меню также было указано мясо бизона и лося.

Эта закусочная явно подавала блюда для плотоядных волшебных созданий.

Как бы я ни любила стейк, сейчас мне больше хотелось утешения. От сэндвича с беконом, латуком и томатами в меню у меня заурчало в животе. Я закрыла ламинированные страницы и откинулась на спинку дивана.

Я сложила руки, переплетя пальцы, и улыбнулась мужчине напротив. Мне не хотелось портить ему обед своими рыданиями.

— Ты уже знаешь, что будешь заказывать?

— Рибай, – ответил он, ни на секунду не отводя своего пристального взгляда от меня.

— Твой кузен всегда его заказывает, когда он есть в меню.

— Из всей вырезки в нем лучший процент жира. – Он положил руки на стол, переплетя свои длинные пальцы: его светло-карамельная кожа отчетливо выделялась на фоне столешницы. Из украшений на нем были лишь армейские часы с блестящим цифровым индикатором.

— Сколько раз ты переезжала? – поинтересовался он, удивив меня сменой темы разговора.

— С тех пор как стала жить в автофургоне? – До его приобретения я на самом деле мало где бывала.

Покинув маленький городок, в котором мы выросли, мы с Сиенной переехали в Санта-Фе, где я в полной мере познала, насколько не люблю жить среди большого количества людей. Но ради подруги я оставалась в городе до тех пор, пока мы не завершили шесть с половиной лет обучения, хотя мы обе выпустились со степенями по специальностям, которые ни разу больше нам не пригодились, – и с трудом не сдали экзамены. Работать полный день и учиться – не для слабаков. К тому времени я уже полностью исчерпала всю свою любовь к Санта-Фе.