Книга Тургеневская стриптизерка, страница 52 – Ирина Ширяева

«Вот так всегда, на самом интересном месте», – разочарованно вздохнула Марья Петровна, нажимая на кнопку домофона.

Такие вот дела. А вы говорите: Америка, Америка! Выходит, что американцу хорошо, то нашему человеку – облом.

Анжела шла по жизни с девизом: «Ведь я этого достойна!». Как это «чего?» Ясно, всего самого лучшего: косметики Л`Ореаль, шмоток от Армани и рождества в Париже.

Последнее, правда, в этом году сорвалось. Но Анжела знала: это временные трудности. Как и то, что она работает официанткой в занюханной кафешке, гордо именуемой рестораном «Вираж». Но завтра-послезавтра к подъезду этого вонючего общепита подъедет… – нет, она не такая дура, чтобы верить в принца на белом коне – управляющий банком на белом «мерседесе»! Он поставит к ногам Анжелы корзину алых роз и скажет: «Такой бриллиант, как вы, достоин более дорогой оправы. Предлагаю вам руку, сердце, поездку на Канары и …»

— Эй, девушка! Официантка! – позвал кто–то из весьма немногочисленных в этот вечер посетителей.

Перебьётся. Пусть напарница обслуживает. Анжела и не думала отлипать от барной стойки, где стоял телефон. Один за другим она накручивала номера своего бойфренда – рабочий, домашний. Ни один из телефонов не отвечал, а на сотовом, по ходу, её номер вообще был заблокирован. В чём дело, блин?!

А накануне сказал, что по уши загружен на работе, поэтому запланированная совместная встреча Рождества, увы, отменяется. В это, конечно, можно поверить: как-никак, её возлюбленный – заместитель управляющего банком, молодой и перспективный. Ого? А вы думали! Анжела не такая дура и тастетёха, чтобы бездеятельно утопать в розовых соплях и мечтах. Счастье надо ковать своими руками! Но не так же он занят, блин, чтобы не ответить своей зае! Ага, кажется…

— Официантка! – не унимался настырный посетитель.

Блин, где Татьяна? Где её носит в рабочее время?!

Из кухни, торопливо повязывая на ходу фартук, выскочила напарница Анжелы. Ну, наконец-то! Небось, опять объедки для каких-нибудь бездомных псин выпрашивала.

Татьяна, хотя ей, судя по всему, не было ещё и тридцати, давно превратилась в пресную суетливую тётку. Потому что жила исключительно чужими проблемами. Она со священным трепетом сдавала деньги в фонд мира и помощи голодающим в Африке, подбирала на улице бездомных котят и тащила их домой. Мужа, говорят, она тоже подобрала на улице. Тот отогрелся, отъелся, отоспался. Взглянул на суженую трезвыми глазами и дал дёру. Но Татьяна не потеряла веру в неблагодарное человечество. Стоило кому-нибудь из знакомых попасть в больницу, как она первая неслась в сие богоугодное заведение с судками и авоськами. Последним объектом приложения сил этой сестры милосердия стал охранник Федя, который после драки, случившейся в «Вираже», попал в лечебницу с вывихнутой челюстью.

Отсутствие охранника не замедлило отразиться на контингенте посетителей заведения. Вот и сейчас трещавшая по телефону Анжела краем глаза увидела, что в зал ввалился откровенный и к тому же в дымину пьяный бомж. Несмотря на конец декабря, пришелец был облачён в раритетную, ещё совдеповского производства, куртку типа «болонья», на голове его красовалась детская шапочка с помпоном, а под глазом – смачный фингал.

Нет, ну у них, ясен пень, не ресторан «Максим», но это уж слишком! Впрочем, Анжела и не собиралась пачкать свои наманикюренные пальчики об отбросы общества. Пускай Татьяна разбирается – это по её части.