Книга Пленники белых ночей, страница 61 – Ирина Ширяева

Девушка развернулась на каблуках и решительно направилась к своему рабочему месту, где уже с нетерпением переминался фальшивый Феликс.

Впрочем, Макар тоже был фальшивкой. Какими все-таки разными бывают подделки.

Митя вскочил и зашагал следом. Проводив даму до места, на прощание поцеловал «Ирине» руку.

— О, покорнейше вас благодарю! Вы очень мне помогли!

На эту очаровательную сценку сразу обратили внимание выходившие из павильона метро вездесущие туристы. Вокруг «Феликса» и «Ирины» мгновенно образовалась маленькая гомонящая толпа.

Митя с улыбкой подумал, что хотя бы так он сумел реально отблагодарить «Ирину» за ее откровенность. Поработал, можно сказать, короткой рекламой.

Интересное выдалось знакомство, есть о чем поразмышлять… А теперь в путь! Ко дворцу тетушек.

Митя решил пройти к дворцу тетушек дворами.

Днем, пока он спал, в центре города прошел сильный дождь. И теперь, чтобы не промочить парадные туфли, приходилось аккуратно обходить многочисленные лужи.

Митя вспомнил, как в детстве боялся в них заглядывать. Там виделся параллельный мир, с такими же, как здесь, домами, проводами и птицами, но уходящий в бездну. Он одновременно пугал и притягивал. Мальчик панически боялся в него провалиться. Маленький Митя с ужасом и завистью глядел на других мальчишек, с удовольствием шлепавших по лужам.

«Но ведь они же не проваливаются», – убеждал себя. Все равно страшно! Может быть, другие не проваливаются именно потому, что чего-то не видят и не чувствуют. А он видит и чувствует. Наверное, у него с лужами какие-то особые отношения.

Самое интересное, что детский страх перед лужами сохранился до сих пор. Где-то в глубине души. Поэтому Митя предпочитал их аккуратно обходить. На всякий случай.

Но это все философские рассуждения. А что мы имеем в реале после встречи с «Ириной»?

Итак, Фе… тьфу ты!.. Макар Тарасов оказался неудачливым актером с несложившейся карьерой. Хотя он был молод, двадцать шесть лет, и черту жизненными удачами и неудачами подводить рано.

Но Макар сильно страдал от уязвленного самолюбия. А кто бы не страдал?

Скандальный образ знаменитого князя, на которого Макар действительно был сильно похож, стал для него своего рода эскапизмом.

Актер ушел в него, как в капсулу, в которой ему было комфортно. К тому же эта маска, оболочка, которую он на себя надел, всем нравилась. Как раз то, что надо – и для души, и для денег. «Ирина» же сказала, что они хорошо зарабатывали.

Вот только Макар безжалостно переделывал партнершу под себя, вернее, под свой образ. Диктовал ей, как одеваться, какой маникюр делать, мотивируя это созданием нужного образа.

При этом сам ей ничего не покупал. Ехидничал над ее мнением. Был недоволен, когда она общалась с прежними подругами, которых он считал вульгарными плебейками. Высказывал свои требования в грубой и оскорбительной форме.

При этом, если хотел и если было надо, умел нравиться, быть невероятно обаятельным и влюблять в себя.

Словом, был типичным абьюзером. Что это дает? Пока ничего.

И вот появляется некий Игорь. Довольно-таки нездоровую идею Макара об идентичности с Феликсом Юсуповым он, судя по рассказу «Ирины», развивает и углубляет.

И что в результате? Макар начинает ощущать себя неким незаконным отпрыском Юсуповых, безжалостно выброшенным в этот жестокий мир. Нет, он слишком утончен, слишком рафинирован, чтобы жить среди окружающего быдла. Прощайте!