Книга Академия Огненных Ветров: Пустышка и её поваренная книга, страница 19 – Татьяна Этерра

— А оно не развалится? — спросила Василиса.

— Оно нуждается в ремонте, — признался Эдгар. — Но я могу помочь тебе с этим. Если ты, конечно, не против.

Василиса улыбнулась.

— Я не против.

— Я тоже не против! — сказал Пряник, сидя на подушке и с интересом разглядывая бумаги. — Я буду главным строителем! Я буду всё проверять! Я буду говорить, что ямы глубокие, а стены кривые! У меня хорошо получается!

— Ты умеешь только говорить, — усмехнулся Эдгар.

— Я умею ещё есть! И спать! И критиковать! Это набор навыков, который делает меня незаменимым!

Василиса засмеялась и взяла бумаги, которые протянул ей Эдгар.

— Я выбираю пекарню при академии, — сказала она. — Я не хочу уходить далеко. Я хочу быть рядом.

Эдгар кивнул, и в его глазах мелькнула тёплая искра.

— Хороший выбор, — сказал он.

Через неделю Василиса впервые переступила порог своей новой пекарни.

Здание было старым, но крепким, с высокими потолками и большими окнами, в которые заливалось солнце. Стены были покрыты слоем пыли, а в углу висела огромная паутина, но Василиса видела не это. Она видела будущее.

Она провела рукой по деревянному столу, который стоял в центре комнаты, и улыбнулась. Она представляла, как здесь будут лежать свежеиспечённые булочки, как пахнет корицей и ванилью, как сюда будут приходить студенты и преподаватели, уставшие и голодные, и уходить сытыми и счастливыми.

— Здесь будет моя миска, — сказал Пряник, указывая на уголок у печи. — Я буду сидеть там и пробовать всё, что ты испечёшь.

— Я поставлю тебе отдельную миску, — улыбнулась Василиса.

— И подушку, — добавил Пряник. — Чтобы я мог отдыхать между дегустациями.

— И подушку.

— И чтобы там было тепло.

— И чтобы там было тепло.

— И чтобы мне никто не мешал.

— И чтобы тебе никто не мешал.

— Ты лучшая, — сказал Пряник. — Я тебя люблю.

Василиса погладила его по голове, и он замурлыкал.

Первый день работы в пекарне был хаотичным.

Василиса замешивала тесто, бегала к печи, проверяла температуру, и всё это под неустанным руководством Пряника, который сидел в своей новой миске и командовал:

— Добавь ещё муки! Нет, меньше! Нет, больше! Я ошибся, меньше! Лучше добавь соли! Нет, соли не надо! Я не люблю соль! Я вообще не люблю соль!

— Ты любишь всё, что можно съесть, — устало ответила Василиса.

— Это неправда! — возмутился Пряник. — Я не люблю червивые яблоки! Я не люблю горелый хлеб! Я не люблю... э-э-э... капусту, когда она не сварена. Но всё остальное я люблю.

Василиса рассмеялась и продолжила работать.

К обеду она испекла несколько партий булочек, пирогов и хлеба. В воздухе витал аромат свежей выпечки, и даже старые стены казались моложе.

Когда она выглянула на улицу, то увидела, что у входа собралась небольшая очередь. Студенты, преподаватели, несколько сотрудников академии — все они ждали, чтобы попробовать её первую продукцию.

— Доброе утро, — сказала Василиса, открывая дверь. — Добро пожаловать в «Пекарню Нетёсовой».

Студенты засмеялись, зашумели и начали заходить внутрь.

Вечером, когда пекарня опустела, Василиса сидела за столом и пересчитывала выручку. Пряник уже спал в своей миске, свернувшись клубком, и тихо урчал во сне.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказала Василиса.

На пороге стоял Эдгар. В руках он держал букет полевых цветов, а на его лице была улыбка — редкая, но такая тёплая.