Книга Бешеный генерал, или Белое платье, белая фата, ла-ла-ла, страница 33 – Татьяна Михаль

— Ты меня с ума сводишь, — прошептал Захар в мои волосы, когда оторвался от меня.

— Ты тоже, — ответила едва слышно.

— Я найду способ запереть тебя в башне.

— А я найду способ сбежать.

Он усмехнулся.

— Уверен в этом, поэтому я просто буду рядом.

— Это единственный способ меня удержать, — улыбнулась ему.

Он уткнулся носом в мой лоб и выдохнул:

— Поехали домой. Ты опять вся замёрзла.

— Если только дома снова поцелуешь.

Он хмыкнул, потом помог мне сесть на коня, забрался позади меня и обнял. И мы поехали домой. Гоги взмыл в воздух, а Лучик устроился у меня на коленях.

— Ну что, — обратилась я к коту, — будешь ругаться?

— Конечно буду, — ответил Луч. — Я тебя ещё сто раз отругаю. Но сначала хочу, чтобы меня накормили, а то я так переволновался, что готов съесть всё, что найдётся в доме.

— Договорились.

Мы ехали по тёмному лесу, но теперь мне не было страшно, ведь рядом со мной был Захар. И всё, что мне было нужно — это быть рядом с ними.

Захар наклонился к моему уху и прошептал в ответ:

— Давай попробуем всё заново?

— С какого момента? С белого платья и фаты?

— Белое платье, белая фата! Ла-ла-ла-а-а! — пропел вдруг Лучик.

И мы рассмеялись.

— ЛАДА —

Знаете, что самое забавное в жизни и судьбе?

Эти две подруги всегда смеются последними.

Но давайте всё по порядку.

* * *

Месяц спустя…

Кабинет Захара больше не был кабинетом. Собственно, его перестали так называть примерно на третий день после нашего примирения, когда я втащила туда ящик с линзами и проволокой.

Теперь это было что-то среднее между лабораторией безумного учёного, оружейной и складом хлама. Но, чёрт побери, мне это очень даже нравилось.

На столе, где раньше лежали важные документы, теперь красовалась моя новейшая конструкция.

Она состояла из стеклянных колб, медных трубок, линз, зеркал и пары кристаллов, которые я научилась использовать без взрывов. Ну, почти. Последний раз всего лишь отвалилась дверца шкафа, и Захар проговорил, что это мелочи.

Он стоял позади меня, обнимал за талию, и я чувствовала его дыхание на своей шее. И мне было очень хорошо.

— Ну что, — усмехнулся он, кивая на моё творение. — Заработало?

— Сейчас, момент, — проворчала я, крутя маленький рычажок. — Не дыши мне в ухо, а то я собьюсь.

— Я просто стою.

— Ты дышишь так громко, что заглушаешь все мои мысли.

— У тебя и так мыслей слишком много, — хмыкнул он. — Меньше думай, больше делай.

Я хотела огрызнуться, но в этот момент линза встала на место, и прибор издал тихое и мелодичное гудение. На стене, куда было направлено зеркало, появилось изображение. Оно было маленькое, бледное, но зато отчётливое.

Хвостатая точка, а точнее, комета!

— О! — выдохнула я радостно, забыв про всё. — Оно работает! Смотри! Это она!

— Кто она? — не понял Захар и склонился ниже, рассматривая изображение.

— Комета, которую я искала. Видишь? Вот её светящийся хвост. Это редкая комета, она появляется раз в сто лет. Я её видела в книге, когда была маленькой. И вот она!

— Я же говорил, — спокойно проговорил он, будто речь шла о погоде. — Надо было просто поставить более сильный кристалл.

Я резко развернулась и ткнула его пальцем в грудь:

— Ты ничего в этом не понимаешь, бешеный генерал. Это же не просто кристалл, а точная настройка! Если бы я поставила кристалл сильнее, он бы просто сжёг линзы и всё! У тебя не инженерное мышление!