Онлайн книга «Ну какой же ты мерзавец!»
|
Она прищуривается. В её глазах вспыхивает знакомая злость — Так ладно, — Митяй встаёт и потягивается. — Пойду разомнусь и за кофе Он оборачивается на Горошкину — Тебе какой? Нам тут до ночи сидеть, — он трёт шею, оглядывая горы папок на столе. — И я, наверное, ещё чего-нибудь пожрать принесу — Не оставляй меня с ним наедине, — Горошкина напряжённо выдыхает Я вижу, как дёргаются нежные хрящики под кожей на её тонкой шее. Как пальцы сжимают телефон — Ты его, главное, по шерстке гладь, — Митяй усмехается и вразвалочку проходит мимо меня. — И он тебе даже помурлыкает Я поворачиваю лицо к Митяю. Наши взгляды пересекаются — Помурлыкаю? — переспрашиваю я — Ты попробуй, — Митяй пожимает плечами. — Вдруг тебе понравится. Глава 54. Я совсем, что ли, чокнулась? Господи, Борис Только я вытащила его из лап Таранова. Ради него я унижалась, стояла на коленях, согласилась на эту авантюру с отмыванием денег. А он.. Он опять "Мам, меня сегодня дома не жди. У меня дела. Друзья предложили одну темку, очень перспективную" Какую темку? Опять темку?! Ему мало того, что было? Ему мало того, что его могли убить и закопать где-нибудь в лесу? Конечно! Мама же решила проблему, мама за него вписалась, мама влезла в криминал ради его шкуры! И в кого он такой? Ни я, ни Николай никогда не были такими. Мы работали честно. Усердно. Мы не гнались за легкими деньгами, не лезли в авантюры, не рисковали. А Борис.. Борис ищет легких путей и каждый раз находит проблемы Демьян не спускает с меня внимательного цепкого взгялда На нем белая рубашка с закатанными до локтя рукавами. Брюки сидят идеально, подчеркивая узкие бедра и длинные сильные ноги. На поясе — ремень из матовой черной кожи с массивной пряжкой Делает шаг ко мне и лениво пробегается взглядом по разбросанным бумагам. Затем поднимает глаза на меня — Что тебя опять сыночек расстроил? — усмехается он Я поджимаю губы. Не хочу говорить об этом. Не хочу, чтобы это демон видел мою усталость. Мое разочарование. Мое бессилие — Дурной он у тебя какой-то, — Демьян хмыкает и поправляет часы на запястье. — И вот мне интересно: это он в отца такой? Он вопросительно и насмешливо приподнимает бровь. Он явно наслаждается моим материнским бессилием и моей болью. Тем, что сейчас я не могу защитить сына Ведь он, правда, дурной — Мужчины в вашей семье, — продолжает он, обходя стол, — видимо, все поголовно неудачники Его пальцы скользят и перескакивают по спинкам стульев — Не смей говорить о моем муже, — цежу я сквозь зубы. — Ты его не знал — А зачем мне его знать? — Демьян останавливается напротив меня. — Мне было достаточно пообщаться с твоим сыном. Все и так понятно Я открываю рот, чтобы ответить, но не нахожу слов. Потому что, возможно, он прав. Потому что Николай действительно был мягким, добрым и заботливым. Он не умел злиться, не умел наказывать, не умел ненавидеть. Но разве это делает его неудачником? Что с этим миром не так? Он подходит ко мне вплотную. Останавливается. Смотрит сверху вниз — Ты сейчас должна думать не о своем бестолковом сыне, — говорит он тихо, почти шепотом. — Ты должна думать... — он кивает на стол, заваленный папками, — обо всех этих бумажках Он вновь всматривается в мои глаза — Не отвлекайся, Емельянова, на всякие глупости. Твой сын не должен сейчас тебе мешать работать. Хватит ему сопли подтирать |