Онлайн книга «Ну какой же ты мерзавец!»
|
Назвал её по имени. Впервые Это было слишком близко. Слишком по-родному Горошкина должна оставаться Горошкиной. Ну или Емельяновой. Не Викой — Демьян! — Даша повышает голос Даша стоит у книжного шкафа, прислонившись бедром к краю высокой тумбы, на которой стоит бронзовая статуэтка цапли На Даше домашнее платье: шёлк цвета морской волны, текучий, с широкими рукавами-"крыльями", которые, когда она жестикулирует, взметаются Обручальное кольцо холодно поблёскивает в тусклом свете торшера — Да что тебе от меня надо?! — рявкаю я и отвлекаюсь от напряжённого созерцания потолка с лепниной в стиле ампир Я лежу на диване, который Даша выбрала в прошлом году: итальянский бархат цвета бургунди, мягкий, но скользкий, и с него постоянно сползают подушки Даша вернулась вчера вечером Молчаливая и угрюмая Смотрю на неё, а она на меня, и в её глазах столько злости, будто я сжёг её новую шубу Но и я сам смотрю на неё без любви и терпения. Она меня бесит. Я хочу посидеть в тишине и подумать Подумать, какого чёрта Горошкина перестала быть для меня Горошкиной? И почему она стала смотреть на меня иначе? А тут Даша мешает мне размышлять — То есть ты меня и не слушал? — Даша в ярости прищуривается — Дарья, — я выдыхаю, — я сейчас не в настроении — Так я тоже, знаешь ли, без настроения! — моя жена разводит руки в стороны, и шёлковые широкие рукава зловеще колышутся. — Опять, наверное, сидишь и думаешь о своей Горошкиной? Так она тебе и не дала, да? Я смотрю на Дарью исподлобья Она явно нарывается сейчас на крупную ссору. Только я не понимаю, почему она решила сейчас провоцировать меня на агрессию? Зачем она меня так отчаянно кусает? Где моя холодная и равнодушная жена, которой всё равно на то, кого я трахаю и о ком думаю? — Господи, Демьян, тебе сколько лет?! — не унимается Даша. — Это же смешно! Она ревнует? Нет. В этой женщине никогда ко мне не было любви. Она уважала меня за силу, власть и деньги, но любви — не было. Если бы я в одночасье стал обычным человеком, то она бы потеряла ко мне уважение и не оглядываясь ушла И меня это устраивало Тогда почему она сейчас так отчаянно желает со мной поссориться? Почему она злится? Почему её буквально трясёт от бешенства? — Знаешь что, мой дорогой… — торопливо говорит она.Она садится в кресло напротив меня. Резные ножки, инкрустированные перламутром, скрипят по паркету. Даша поправляет подол платья, и шёлк шуршит, как змеиная кожа. Её пальцы, тонкие, с идеальным маникюром цвета бордового вина, напряжённо сжимают подлокотники Подаётся в мою сторону и возмущённо шепчет: — Ты никогда не был тупым мужиком, который ради эмоций готов всё разрушить… — Чего ты ко мне прикопалась? — спрашиваю я — Я вижу… вижу, Демьян, — шипит она, — ты хочешь всё бросить… — Да откуда тебе знать, чего я хочу? — удивлённо спрашиваю я Я тут сам нихрена не понимаю, что со мной происходит. Знать не знаю, чего хочу и что чувствую, а Даша, видишь ли, всё про меня поняла — Большая часть жизни прожита, — Даша тяжело вздыхает. — Мы родили и вырастили детей. У нас уже внуки, Демьян. У нас хорошая семья — Да ты что, — хмыкаю я — А что в ней плохого? — Я тебе с кучей баб изменяю, — прищуриваюсь я, — ночами дома не бываю. Спим мы в разных спальнях. Неделями можем не говорить |