Книга Синдром отмены, страница 35 – Виктория Сталь

Она прошла мимо кухни. Там ещё горел свет, ночной повар готовил канапе для гостей, которых Александр развлекал в гостиной. Марта скользнула тенью, не привлекая внимания. Она умела ходить так с молодости, когда работала у старого хозяина, незаметность была профессиональным навыком. Хорошая прислуга, та, которую не видят и не слышат.

Её каморка располагалась под лестницей, в торце длинного коридора, соединявшего кухню с хозяйственными помещениями. Маленькая комната, шесть квадратных метров, не больше. Кровать, тумбочка, стул, вешалка. И главное её сокровище, радиоприёмник на подоконнике.

Это была старая военная «радейка» Р-326М, армейский коротковолновый приёмник восьмидесятых годов, тяжёлый, в металлическом корпусе с облупившейся серой краской. Он достался ей от одного из бывших охранников, который уволился ещё в девяносто шестом и оставил кучу хлама в подвале. Марта тогда попросила разрешения забрать «этот ящик», якобы для того, чтобы слушать радио на кухне. Старый хозяин только отмахнулся: бери, всё равно на помойку.

Она починила его сама. Долго, месяцами, по вечерам, когда весь дом засыпал. У неё не было инженерного образования, только память о том, как её отец, деревенский радиолюбитель, сидел по ночам с паяльником, окружённый лампами, проводами и схемами на пожелтевших листках. Она запоминала, не думая, что это когда-нибудь пригодится. Оказалось, пригодилось.

Теперь этот приёмник был её единственным оружием. Тридцать лет она слушала. Сначала просто эфир: музыка, разговоры дальнобойщиков на гражданских частотах, обрывки армейских переговоров. Потом, когда Александр дорос до власти и перевёл охрану на цифровые каналы, она освоила сканер. Маленькую коробочку, которую купила на свои деньги в магазине радиодеталей на окраине города. Ей пришлось соврать продавцу, что она ищет подарок для внука. Внука у неё не было. Как и детей. Вообще никого, кроме этого дома.

Марта заперла дверь каморки на щеколду. Села на кровать. Надела наушник, старый, проводной, с обмотанным изолентой оголовьем. Включила приёмник.

Эфир зашумел. Белый шум, треск помех, далёкий писк морзянки, кто-то слал позывные на короткой волне. Марта закрыла глаза и начала крутить верньер. Медленно, миллиметр за миллиметром. Она искала не голос. Она искала тишину, цифровой пакет, который отличался от обычного шума так же, как отличается дыхание спящего человека от тишины пустой комнаты.

В прошлый раз сигнал пришёл в три часа семнадцать минут ночи. Короткий, меньше трёх секунд. Но она успела, записала на диктофон, расшифровала через старый ноутбук, который ей дал Мика при их единственной встрече. «Если что-то услышишь, шли сюда». Она запомнила адрес электронной почты наизусть. Сожгла бумажку сразу после прочтения.

Сейчас эфир молчал. Марта не расстраивалась. Она привыкла ждать. Тридцать лет в этом доме научили её терпению. Вода точит камень. Время точит всё.

Она сняла наушник только в час ночи, когда в гостиной наконец стихла музыка. Гости разъехались. Александр ушёл к себе. Дом начал засыпать, и Марта могла позволить себе короткий отдых.

_____

Следующий день прошёл как обычно. Утром завтрак для Эли (нетронутый, как всегда). Полдень, уборка в западном крыле, где никто не жил, но Александр требовал идеального порядка. После обеда снова к Эле. На этот раз Марта принесла не чай, а бульон. Густой, куриный, с зеленью. Эля съела полтарелки. Марта сочла это победой.