Книга Сердце бандита. Его пленница, страница 80 – Инна Матвеева

Интересно... Можно считать то чувство, которое разливается в груди после его слов, за гордость за него? Если да, то... А впрочем, ладно. Пускай.

Неважно, что будет потом — сейчас мне слишком хорошо, чтобы этому сопротивляться.

Насыщенный день... Пикник на природе, покатушки на специальной лодке по всему озеру с высадкой на другом береге, где очень много разнообразных деревьев и ягод...

И, конечно, само озеро. Чистое, сверкающее. Мне настолько кайфово, что я иду совсем рядом с водой босыми ногами, чувствуя, как нагретые камешки впиваются в кожу. Семён идёт чуть позади — я чувствую его взгляд.

Мы сегодня снова как парочка. Мы и засыпали вместе, после того, как Семён всё-таки уложил меня. Обнимались, гладили друг друга, прижимались во сне... А с утра снова был секс.

Всё это без лишних слов и комментариев. Просто что-то ощутимо изменилось между нами, и я не в силах это отрицать. Да и не хочу.

— Здесь так круто, что я бы даже заночевала, — мечтательно подмечаю.

— Можно тогда вернуться к машине и заночевать в ней, — ухмыляется Семён. — Только так себе перспектива. Лучше вернёмся в наш уютный дом.

«Наш дом»...

Он это говорит это так естественно, без малейшей заминки, а я и не поправляю. Только смотрю на спокойное озеро, которое отражает в себе закат. Мы сейчас снова на том же берегу, где и машина, оставленная Семёном неподалёку.

— Пожалуй, ты прав, — улыбаюсь, не глядя на него. — Но я бы ещё посидела у костра.

Да, Семён успел и его разжечь, когда мы совсем недавно ужинали. Помню, как любовалась на это... Его движения были чёткими, привычными — сворачивал бересту, складывал ветки особым образом. Такое ощущение, что этот человек умеет абсолютно всё.

С Ваней у меня и близко не было этого чувства...

— Хочешь ещё что-нибудь покушать, или согреться?

Мы наконец встречаемся взглядами, и мне мгновенно становится горячее. Какое там греться...

— Пожалуй, я передумала насчёт костра, — провокационно облизываю губы. — Давай сразу в машину.

Протягиваю ему руку, и наши пальцы соединяются. Обжигающие прикосновения... Даже такие лёгкие. И, конечно, даже пояснять не надо, зачем я предложила ему в машину.

— Только учти, что я не дам тебе кончить, пока ты не согласишься стать моей девушкой, — на грани шёпота обозначает Семён, и что-то особенно порочное блестит в его глазах.

Как заворожённая, смотрю, сглотнув. А он властным рывком припечатывает меня в себя, ведя к машине.

А дальше всё происходит так стремительно, что я не успеваю сообразить. Просто оказываюсь на Семёне, который сидит на откинутом кресле своей машины. Дверцы её распахнуты... А мы оголодало целуемся.

Я задираю на нём рубашку, безуспешно сражаясь и с пуговицами. Вот нафига надел такую неудобную? А сам меня пока не раздевает, зато вовсю мнёт попу. То сжимает, то гладит, то пошлёпывает по ней, при этом вовсю орудуя языком у меня во рту.

Такое ощущение, будто вечность меня не трогал, как дорвался. Сама заражаюсь этим, ёрзая по его стояку, ощущаемому даже через джинсы.

Семён тяжелее дышит, прервав поцелуй, но только чтобы спуститься губами мне на шею. Засасывает её, покусывает, ведёт по ней кончиком носа. А меня безостановочно мурашит.

— Хочу... — постанываю, пытаясь справиться с его ширинкой.

Не самая простая задача, когда и ощущения отвлекают, и сама сижу так, чтобы стеснять себя в действиях.