Книга Сердце бандита. Его пленница, страница 77 – Инна Матвеева

Я какое-то время молчу, потому что сразу замечаю, что он промок. Хотя, по сути, просто садился и выходил из машины — такой его максимум под открытым небом был. Но, видимо, так нехило поливает, раз по нему сразу заметно...

Вообще-то и заболеть такими темпами может.

— Ты идёшь в душ, — обозначаю с удивившей меня саму твёрдостью. — Горячий. А потом переодеваешься, тут хватает твоих шмоток.

Семён смотрит на меня с таким довольным и забавляющимся блеском в глазах, что я с трудом сдерживаю взгляд.

— Какая заботливая, — ещё и подмечает, усложняя мне и без того не самую простую задачу по сохранению невозмутимости.

— Потом чай попьёшь, — как не замечая этих его игривых ноток в голосе, только и добавляю строго.

— С мёдом?

— Можно и так.

— Тогда только если с тобой.

Пожимаю плечами. Так-то не откажусь. Тем более ещё и сладкие роллы манят...

— В душ, кстати, тоже, — нагло ухмыляется Семён. — Только если вместе.

Замираю. А ведь между ног на его слова отзывается жаром...

Слишком хочется согласиться. Ясно понимаю это. Как и то, что сейчас судорожно ищу в мыслях причины и возможности сделать это.

Гром гремит снова, причём как будто ещё громче. Как подталкивает решиться.

— Ладно, — заявляю, не глядя на Семёна.

И, поднявшись, уже направляюсь в душ. Попутно раздеваюсь. И чувствую при этом прожигающий взгляд Семёна по всему телу.

И... Как же мне это чертовски нравится. Ноги разве что не подкашиваются от накатывающего возбуждения. Даже не думала, что смогу чувствовать его так легко.

Семён начинает всё первым, и это очень кстати. Слишком уж волнительно мне с ним сейчас быть, сама бы вряд ли решилась...

Но вот мы уже стоим голые под душем и целуемся. Неспешно и глубоко, смакуя каждое движение и соприкосновение. Жмусь к нему крепче, не сразу поняв, что ещё и трусь о стояк.

— Какая ты... — шепчет Семён, переходя губами мне на щеку, потом на висок, оттуда к ушку. — Самая-самая... Как для меня создана.

Цепляюсь ему в плечи, дыша тяжелее. Ещё ночью меня напрягали его слова, намекающие, что всё серьёзно. А сейчас... Они слишком приятны.

Как и всё, что Семён делает со мной.

— Тебе надо согреться, — только и лепечу дурацкое.

— Мне жарко, — Боже, как Семён говорит это... Таким горячим голосом, что я и сама плавлюсь.

А потом его губы снова накрывают мои. С тягучей, обволакивающей нежностью целуют, неторопливо скользя языком.

Его кончиком Семён мягко ведёт по контуру моих губ, словно пробуя на вкус. Задерживается между ними, ведя там несколько раз, прежде чем надавить и проникнуть внутрь. Как же горячо... Когда мы соприкасаемся языками, я даже близка к тому, чтобы застонать ему в губы.

Тёплая вода из душа продолжает поливать нас, усиливая и без того острые ощущения. Ещё и Семён, погладив мне спину вдоль позвоночника, сильнее прижимает к себе. И при этом продолжает целовать. Жадно и в то же время чувственно.

Он умело ведёт в поцелуе, распаляя, лишая контроля. И во мне неожиданно вспыхивает азарт, своеобразная непокорность. Подчиняться Семёну во всём в сексе — хорошо, возбуждающе и кайфово по итогу. Но... Хочу, чтобы я влияла на него не меньше, чем он на меня. Сам это во мне пробудил! Словно вынул из меня настоящую долгое время подавляемую Свету.

Чуть толкаю его, направляя к бортику ванной. Приподнимает брови, разорвав поцелуй. Но поддаётся... И даже от такого простого жеста мне ещё жарче между ног. Возбуждение просто зашкаливает.